Реальность Зур

От неё исходило тепло, теперь я почувствовал, удивился, и постарался его впитать. Тьма отступала.

— Готово. — Ашира выглянула из палаты.

Ашира и раньше не вызывала положительных эмоций, а теперь и вовсе чувствовал отторжение. Красота ничто, когда внутри ничего нет. А у неё внутри была дыра, величиной с целую планету. Ей не было жаль Дагу, она не задумывалась о чувствах, да и были ли они у неё? Отлепился от стены, нехотя разрывая контакт с теплом, что окружило меня, и погружаясь в холодную тьму. Зайдя, попросил её оставить меня одного, как и в прошлый раз.

Сейчас, она не стала удивляться или спорить. Мастерс осталась в коридоре.

Высматривал свет, который должен быть где-то рядом. Он не мог далеко уйти. Тонкую серебристую струйку рвали на части тени. Душа не оказывала сопротивления, поддавалась и вскоре исчезла бы. Нет. Страдать ещё и здесь, Дагу точно не заслужил. Когда я справился, и забрал всю его боль, увидел знакомый силуэт.

— Рик? — голос звучал глухо.

— Прости, всё было уже решено.

Он быстро осознал и принял произошедшее:

— Я должен тебе рассказать. — приблизился — С тобой должен связаться кое-то. Я назвал ему только твоё имя, думаю он позвонит. Я пытался узнать о Ронге, но понял, что за мной идёт охота. Сказал, если не выйду на связь, выждать и обратиться к тебе.

— Почему ко мне, Дагу? Мы не друзья, мы и незнакомы толком. И я просто человек. Без власти, без имени, без возможностей.

Дагу, казалось, задумался:

— У меня были друзья, как я думал.

— только ушедший, он в полной мере излучал все эмоции — Влиятельные люди в клане поспешили повесить на меня свои же грехи. Все, у кого были возможности отвернулись в минуту опасности. — грусть, тоска, боль — всё это передавалось и мне — И простой человек, незнакомый и не друг, был единственным, кто попытался помочь. Ты недооцениваешь себя, теперь мне это видно.

— Как я его узнаю? — сдался, понимая, что не смогу просто оставить это дело.

— Его зовут Вистан.

Я видел его лишь один раз. Его бизнес не очень легален. — ему будто стало стыдно. — Я ничего им не сказал. И спасибо, Рикъяр.

Отпустил его, пережив все его мучения. Только сейчас понял, насколько ему было трудно сдерживаться и не разорвать меня на кусочки, там, в штабе. Ощутил его голод, страх, боль от введения каких-то препаратов, и наконец, наступила полная тьма.

Надо мной снова склонилась Ашира, подала руку — не принял. Встал сам, опираясь на пол.