Ведьмина тайна

Я глянула на кафельный пол, затянутый пепельной дымкой. Туман, конечно... Мозги включились от напоминания, и страха... нет, меньше не стало. Просто я начала соображать. Вероятно, это то самое, что нужно здесь найти... Нечисть в зеркале. И на неё же, то есть на зеркало, указывал и слабо сияющий «компас» на запястье. Не успел предупредить...

Дверь лязгнула о металлические косяки, словно снаружи кто-то резко дёрнул за ручку. Я выпрямилась и воинственно подняла сумку. Она только с виду просто сумка, а внутри – тонны блокнотов, ручек, техники и прочей косметики.

.. Сиплый шёпот заструился по полу, дымка сгустилась, и мне показалось, что голос... спрашивает. В интонациях бормотания явственно почудился вопрос, и я разобрала отдельные слова.

– Кто?.. – дверь снова дёрнулась и мелко, дробно застучала, задребезжала, забилась. – Ты?..

И шёпоту... ответили. Мощный сердитый бас заполнил туалетную комнату, заглушил бормотание... и прилетел мне по голове. Одна невнятная фраза – и удар по маковке. Я пошатнулась и вцепилась, раскинув руки, в стенки кабинки и часто-часто задышала.

На секунду всё поплыло перед глазами – очертания стен и двери, пола и потолка смазались... и вернулись. Цвета вернулись, поняла я, пришибленно оглядевшись. А ведь и не заметила, что кабинка ярко-красная, а не...

– Рада, открывай! – в дверь снова стукнули. Или пнули злобно, судя по грохоту.

Я наклонилась и дрожащей рукой с третьего раза отперла щеколду.

Посреди женского туалета стоял Бахтияр, и под его тяжёлым взглядом меня посетило желание.

.. смыться. Как Гарри Поттер со товарищи «смывались» в унитаз-портал, чтоб то ли в министерство магии попасть, то ли... забыла. Но смыться очень хотелось. И место подходящее и в чём-то даже волшебное...

– Выходи! – резко велел заклинатель.

Дапрямщас...

У меня дрожали колени... и всё остальное. И вообще... Бегло оглядев туалетную комнату и с облегчением обнаружив в зеркале напротив опять себя, я молча захлопнула дверь кабинки и заперлась. Странный домик, но в отсутствие одеяла.

..

А брат Гульнары, явно не отличавшийся ни терпением, ни тактом, возмущался. Пошла без него, да как посмела, да такая-сякая, да жить надоело... И так далее, и тому подобное. Большую часть его гневного выговора я пропустила – заткнула уши. Крепко, изо всех сил, чтобы ни одно слово не достигло сознания и не отпечаталось в памяти.

В целом-то он прав... но я ненавижу эти подавляющие крики и взгляды – у меня отключается мозг, и я способна только тупо внимать.