Заветы Предков. Воля и разум

Вроде как седьмая вода на киселе, но, видимо, очень сильные гены по линии матери. Либо прапрадед или кто-то из его предков — ирбисом был. Снежный барс по-другому.

— Ух ты! — восхитилась девушка. — Они же в природе очень редко встречаются. Ну не как оборотни, а как животные.

— Да, увы, — грустно вздохнула я. — Из-за красивой шкурки почти всю популяцию истребили.

— А ты, случайно, ночами не превращаешься?

— Нет! — улыбнулась я. — У меня только зрение хорошее. Ирбисы — одни из немногих кошек с круглыми глазами и почти человеческим зрачком.

Поэтому если не присматриваться, то заметить сложно. Вообще, у меня об этом часто спрашивают, в какой-то момент все видят, что мои глаза немного иначе себя ведут, чем у чистокровных людей или магов, особенно в темноте или сумерках.

— А почему столько поколений ген активный? — с любопытством произнесла девушка.

— Такое бывает иногда. Мама рассказывала, бабушка при жизни изучала этот вопрос. Ген зверя наследуется, как цвет волос. Оборотни ведь не магические существа, они ближе, если говорить современным языком, к мутантам.

Перевоплощение в животное для них — как для нас смена одежды, обычный процесс жизнедеятельности. Это не магический дар. Поэтому и переходит ген из поколения в поколение, медленно вырождаясь. Я вообще за долгое время первая девушка в роду с темными волосами. До меня у всех были пепельно-белые волосы, как шерсть у снежного барса. А у прабабки еще и когти росли.

— Удивительно. А если ты все же постараешься, можешь обернуться?

— Ты как маленькая, — засмеялась я.

— Этот дар утерян в веках. Все, что осталось мне, это необычный цвет глаз и отголосок крови барса.

— Кошка поэтому себя так странно ведет? — заваливала вопросами Даша.

— Да, чувствует более сильного родственника. Признает главной, слушается, у кошачьих матриархат в этом плане. С собаками сложнее приходится. Они чуют зверя, опасность. Сразу все охотничьи инстинкты бушуют. Из-за этого я даже с мелкими породами вроде той-терьеров подружиться не могу, обязательно облают.

— Понятно, — протянула Даша и затихла.

Воцарилась тишина. Разговор исчерпал себя. Неловкое молчание грозило задержаться надолго.

Блин, и как с этой Дашей теперь общаться, если у нас даже тем общих нет? Ну не про погоду же спрашивать?

— Даша, расскажи о себе.

— Что именно?

— Чем увлекаешься, какую музыку любишь? Хоть что-нибудь.

— Я даже не знаю. У меня все как у обычных людей. Училась в школе, потом поступила в институт. Ты лучше спрашивай, а я отвечу.

И тут меня накрыло.