Год хорошего Кощея

Там по улице шли люди в странной одежде, проехало несколько машин. Ох, и в жуткое место её забросило.

– Я тут не по своей воле! Это царевич должен был здесь оказаться. Ему богатырские подвиги надобны! – попыталась объяснить баба.

Вдруг она замерла, словно бы какая-то догадка поразила её.

– Погоди-ка… Да неужто тут я, в Москве, Кощея встречу, да глаза его окаянные гляну, – прошептала она. – Скажи, молодец, слышно тут у вас, в Москве, про Кощея?

Рафик усмехнулся:

– Надо Кощея? Найдем вам Кощея! Минуточку!

Он сел к компьютеру и бегло пробежал пальцами по клавиатуре.

– Ещё вот что скажи, кудесник… Нет ли у тебя веревицы али нитки какой? Мне бы Метлу переплести… – её печальный взгляд устремился на охапку прутьев.

– Веревки нет. Шнур от наушников подойдет? У меня тут есть старые, проводные ещё, – он отвлекся, вытащил из письменного стола связку спутанных проводов и кинул ей. – Берите, не жаль!

Василиса, покосившись на него, занялась ремонтом своей многострадальной Волшебной Метлы.

– А это твои хоромы, кудесник? – спросила она.

– Не мои, – ответил Рафик, не отрывая глаз от монитора. – Начальника моего – Мороза Ивановича Студенца.

Василиса почувствовала, как ужас прошелся льдистыми иголочками по телу от макушки до пальцев на ногах. Даже дыхание на какой-то миг перехватило. Она словно бы другими глазами взглянула на оформление странной горницы, на фотообои с холодным рассветом. Как же сразу она не догадалась, что Волшебное Зеркало из горницы терема зимнего бога к нему же и приведёт?

– Ты сказал – это хоромы Деда Студенца? – баба вскинула на Рафика васильково-синие глаза, полные отчаянного страха.

– Деда? Может, кому он и дед. А для меня – начальник, – отозвался Рафик, не поднимая взгляд от компьютера.

– Так ты у него в услужении?! – догадалась Василиса.

Парень тихо рассмеялся.

– Почему? Я у него… подрабатываю… На полставки. Это не основная моя деятельность. Просто так получилось, что в это время я должен быть в этом месте. Мороз Иванович в новогодние дни очень… занятой.

Василисе стало неуютно и даже страшно.

– Кстати, меня Рафаил зовут, – обаятельно улыбнулся ей молодой человек. – Можете звать просто – Рафик. А вас?

– Василиса.

– А по батюшке?

– Пантелеевна.

– Вы, Василиса Пантелеевна, вижу, знаете Мороза Ивановича?

На столе заработал принтер. Оттуда выехал лист бумаги.

Баба встала, собирая в охапку не до конца переплетенные прутья Метлы.

– Знать не знаю. Знакомиться не хочу.