Я когда-то здесь жила.

И как я буду умирать, если сейчас меня пнут обратно, еще очень большой вопрос. Поэтому, возвращаться я совсем не хочу. И даже немного боюсь. Так что была бы тебе благодарна, если бы ты Госпожу уболтал. Мне почему-то кажется, что она к тебе прислушивается.

- Ага. Вот только все время говорит, что я – трамвайное хамло. И мечтает меня за это выдрать. Хотя, что в этом толку? Я уже настолько взрослый, что воспитывать меня бесполезно. Впрочем, она должна мне одно доброе дело. Когда-то давно я помешал Ларри проткнуть мадам кинжалом.

И она это помнит. Хотя – чего бы ей было этого бояться? Она же – сама Вечность!

- Наверное, ее просто удивил твой поступок. Кто же заступается за Смерть?!!

- Ладно, давай закроем тему. Что мы все о Госпоже, да о Госпоже? Давай лучше про нас с тобой поговорим.

- Давай – радостно согласилась я. – Заодно выясним – кто о КОМ мечтал? И, главное, с какой целью? А то вдруг мы с тобой больше никогда не увидимся. И я этого не узнаю…

- А ты не боишься это выяснять? Говорят, что слова выпускают чудовищ, живущих внутри.

- Ничего я не боюсь. И горю желанием познакомиться с твоими чудовищами!

Павел помрачнел.

- Нет, об этом я пока не готов говорить. Лучше расскажи – как ты без меня жила?

- По-разному – вздохнула я. – Дома – плохо, а на Селигере – хорошо. Правда, земляники я так и не дождалась. Зато по лесу нагулялась. А еще с котом познакомилась. Он мне голову лечил.

- Твоей любимой расцветки? Серый в полосочку?

- Нет. Просто серый. Он мне чем-то Чижика напомнил.

Я теперь даже думаю – может, это Танюшка его за мной прислала? Она же тоже по мне скучает…

- И я по тебе скучал. Так хотелось, чтобы у меня под боком лежало что-то вредное, пернатое и теплое.

- Это я-то – вредное? Да я самая безобидная птица!

- А кто мне глаз выклюнуть обещался? – хитро прищурился император.

- А было за что – вздохнула я. – Ты меня не зли. Тогда я клеваться не буду. Рассказывай лучше – чем ты-то тут занимался? Кроме того, что всю историю перебаламутил? Настолько, что мне твоя родня снилась – аж с Петра Первого начиная?

- Да ни чем интересным.

То в Приюте крутился, то с Госпожой ругался. Она ж меня тут галерами стращала. Вот я и нарывался со страшной силой. Надеялся, что туда отправит. А там бы я постарался быстренько сдохнуть, и в Отражения попасть. А уж оттуда - знакомыми партизанскими тропами – к себе в Гатчину. И хрен бы я потом на ее приказы отозвался…

- Картина маслом – Павел Петрович на галерах – сказала я и зевнула.