И корабль плывет

На Марсовом глазурью - хрусткий иней, на вензелях на Троицком мосту. И мы к зиме становимся иными, нам нужен стерегущий наше имя, и знающий, что все мы -еще тут. Мы все плотней завязываем шарф, мы ждем трамвай, скрипящий заржавело, и каждая озябшая душа все яростнее кутается в тело. А ночь ведет холодный темный счет, крадет и прячет звезды по подвалам. Но я смотрю в твои глаза - прочтен весь замысел ее и обречен. Со мною рядом никогда еще Огня Такого Солнца не бывало.

- Та-ак! – медленно произнес Феникс, откидываясь на спинку кресла, и сжимая от волнения руки.

- Кажется, я только что говорил, что демонам и теням из Прошлого входа в наш дом больше нет! Но, видимо, меня не послушались. Однако, в этом сумрачном стихе есть надежда, да еще какая! Кстати, как там отдыхается моему «солнцу»?

Он заглянул к Динке, убедился, что женушка мирно спит и улыбается во сне. Поправил одеяло и ласково погладил ее по волосам. Потом вернулся обратно, но продолжить работу ему не дал просочившийся в комнату Оракул. Попугай бесцеремонно спикировал на плечо сержанта, чуть дернул его клювом за ухо и недовольно проскрипел:

- Тебе пр-рир-родой кр-расота дана на очень кр-раткий ср-рок и потому, должна по пр-раву пер-рейти она к наследнику пр-рямому твоему!

- И этот – туда же! – усмехнулся Саша, которого больно царапнуло слово «наследник».

Уходя от ответа, он попытался стряхнуть с плеча назойливую птицу.

- Тоже мне нашел красавца!

Арчибальд плюхнулся на стол, наклонил голову и очень внимательно глядя на юношу строгим черным глазом важно добавил:

- В заботливых р-руках пр-рекр-расный дом не др-рогнет пер-ред натиском зимы.

И никогда не воцар-рятся в нем дыханье смер-рти, холода и тьмы!

- А вот это вер-рно сказано, пер-рнатый! – согласился сержант. - Наверное, ты все-таки прав. Но давай не будем заглядывать так глубоко в будущее. Сейчас у меня две задачи: вылечить Динку, и пережить этот пакостный ноябрь. Почему-то мне кажется, что с первым зимним днем все недоброе покинет наш город. Впрочем, до декабря еще дожить надо – сейчас только начало ноября…

Он усмехнулся и забарабанил пальцами по столу.

Привычная фраза уже не казалась ему простым оборотом речи. Он снова глянул на кусок стены и передернул плечами. Ночные гости не шли у него из головы.

- Смешно! Но по всему получается, что о князе Дашкове я знаю гораздо больше, чем о собственном отце!

Он покопался в памяти, но не нашел там ничего, кроме отрывочных воспоминаний. Мать редко говорила с ним на эту тему.