И корабль плывет

– Ох! Прости! Этого добра тебе и без меня перепало. До сих пор расхлебываем!

- Да ладно, сам же мечтал за книжку по шее получить. Вот и допросился. Зато в тюрьме я переосмыслил свою жизнь. Знаешь, я, наверное, уйду из театра…

- Как это? А как же пьеса, которую ты так хотел поставить?

- Поставлю обязательно. Ты же мне со сценарием поможешь? А потом – отыграем премьеру, и я уйду.

- Куда, если не секрет?

- Не секрет. В госпиталь, где твой Айболит работает. У них там санитаров не хватает. Мы с ним уже договорились.

Надо же мне – династию продолжить…

Женька вдруг почувствовала, как чья-то холодная рука сжала ей сердце. Она прикрыла глаза и, словно наяву, увидела почти забытую картинку. Только ТАМ она не была собой…

ВОЙНА... Николай Огнев попадет на нее так, словно судьба приведет его за руку на эти кровавые подмостки. Однажды он увидит толпу людей возле особняка – это с вокзала привезут раненых. Их выносят на носилках из карет, а в доме уже работают доктора. Он просто подойдет и станет помогать.

Пожилой врач, присмотревшись к высокому пареньку, позовет его к себе - разматывать грязные бинты и промывать раны.

- Почему именно меня? - спросит он и услышит:

- Руки мне твои понравились. Тонкие, длинные, артистичные пальцы. Чувствительные. Такие - не сделают больно.

Юноша до того набьет руку на перевязочной технике, что будет удивлять всех ловкостью, быстротой и чистотой работы. Выносливый, высокий, он будет ночами стоять в перевязочной. О его руках будут ходить легенды, а поездной врач скажет: «Твои руки, Николя, священные.

Ты должен их беречь!»

Огнев освоит практику военно-полевой медицины настолько хорошо, что скоро сможет ассистировать при проведении хирургических операций…

- В санитарном поезде была книга, в которую записывалась каждая перевязка – вспомнила Женька. - Он работал только на «тяжелых». Легкие делали сестры. Когда закончилась служба - на счету было тридцать тысяч перевязок!

Возвращение с ТОЙ войны будет горьким. Николай не примет революцию и уедет с женой в Ялту, но новая война докатится и туда.

Он снова пойдет работать в госпиталь, и не сможет бросить раненых. Последний пароход в Константинополь отправится без него. А потом – в город придут красные…

- Женька, что с тобой? Ты где? Вернись!

Голос Саши вырвал ее из печальных воспоминаний. Она через силу улыбнулась.

- Уже здесь, Санечка! Не волнуйся! Меня просто «санитарным поездом» накрыло.

- Санечка – задумчиво повторил сержант.