На всех парах в небо

Некоторое время она бурчала себе под нос, про диких ресов, которые хуже обезьян и что их нужно всех перестрелять. Математик не поверил сперва услышанному, так как Марта высказывала те же мысли, которые высказывает и человек по отношению к диким ресам. Мейн решил не обращать на это внимание и подождать когда хозяйка прекратит бурчать.

- Так что это за «во-вторых»?

- Во-вторых, мистер Мейн, - она смела остатки пирога в совок и вытряхнула их на тряпицу. - Он мог стоить мне девять пенсов! Целых, проклятье на голову этой дряни, девять пенсов! Теперь придётся кормить им обезьян.

Хотя я уверена, что они не притронутся к пирогу, провонявшему диким ресом.

- Хм?

- Нет. То есть да. То есть я хотела сказать, во-вторых чтобы вы не разбрасывались фразой «воздушные пираты».

- Почему? После рассказов мистера Уиллоу я думал, что ваш покойных хозяин...

- Нет! - Марта ткнула пухлым пальчиком в нос Мейна. - Нет и ещё раз нет! Это название придумали прохиндеи газетчики.

Никогда, я повторяю - никогда не называйте никого «воздушным пиратом».

- Меня отправят на корм акулам?

- Скорее изобьют в тёмном переулке и проломят голову.

- Но почему такая нелюбовь к этому названию?

Рес в ответ только передёрнула плечами

***

В круглом зале церкви находились кондотьеры, которых Гней презирал и ненавидел, но, как и всякий здравомыслящий человек, не стал высказывать перед шайкой наёмников всё что думает о них.  Ограничившись злобными взглядами, которые он бросал на людей в иссиня-чёрной форме, преторианец стоял справа от викария.

По левую руку стоял второй преторианец столь же крепкого телосложения.

Служанка Иоширо - Никс - вернулась в церковь окровавленной и побитой в разорванной грязной одежде, с дубинкой сделанной из обрезка трубы. Кондотьеры были шокированы видом рес, никто не вздумал её останавливать, когда она вошла в ворота. Невзирая на раны рес остановилась перед Ивасаки, сделала книксен, протянула тому некую тряпку и пробормотала извинение, глядя на пол.

Хозяин тут же отправил её в больницу. Он хорошо заплатил эскулапу и тот без препирательств согласился прооперировать служанку. Он уверил главу церкви, что пуля в печени для реса это не смертельно и через неделю она будет полностью здорова. 

Добиться от Никс ничего конкретного о стрелке и его товарище не получилось. Она не запомнила лиц того с кем сцепилась в водонапорной башне.