Я иду искать

И Максим вышел из кабинета, оставив Вадима в одиночестве.

Сергей стоял у окна, задумчиво глядя на клонившееся к крышам домов солнце.

- Ты мог бы меня предупредить.

- Макс, я же не ясновидящий. Откуда я знал, что за сюрприз меня ожидает? Он ухитрился дважды уйти от меня. Дважды!

- Мне это не нравится. Говорят, бог любит троицу.

- Макс, я не бог. И кровь его мне уже не нужна. Ко всему прочему, этот юноша попал в такую сеть, которую ни в коем случае нельзя рвать.

- Объясни, я не понимаю.

- Я сам не понимаю. Во всяком случае, настолько, чтобы объяснить. Но я не верю в случайности. Этот Вадим – как пущенная стрела. Только я не понимаю, кем она пущена и в кого нацелена.

- Всё-таки попробуй объяснить.

- Когда Вадима сбила машина, она сбила его насмерть. Понимаешь, Макс? Насмерть. Не было никакой клинической смерти.

Никакая медицина, никакие приборы, стимуляторы и что там ещё, ничто бы не вернуло его к жизни. С того света его вытащил Антон, он был там, был рядом. И он был его проводником... вывел его обратно.

- Всё-таки я не понимаю. Почему он это сделал?

- Это, как раз, просто. Вадим исполнил его последнюю волю. И заимел себе ангела-хранителя.

- Я не понимаю, - повторил Максим.

- Тёмные очки, Макс. Стёкла, в которые можно смотреться.

Антон понимал, что никогда больше не увидит себя живым, что скоро забудет собственное лицо. Самым сильным его желанием тогда было – увидеть себя и попытаться запомнить таким, каким был при жизни.

- Ты хочешь сказать, что отражение...

- Какое-то время остаётся прежним. Тело ведь не сразу разлагается.

- Господи... Антон... – Лицо Максима на секунду стало беспомощным.

- Последняя воля – страшная вещь.

Она как ошейник для собаки. Потому Антон и бросился за мальчиком за последнюю черту. Обменялся с ним кровью и использовал эту связь, чтобы вывести его. А плохо то, что они... как бы это сказать...спустились слишком глубоко и вытянули оттуда за собой нечто. И я, хоть убей, не могу понять – что именно. И почему оно теперь гоняется за нами, а не за ними.

Оба замолчали, глядя на отливающие золотом близкого заката облака.