Думер

Или просто потому, что братья Медведевы посетили столицу.

Надо же, уже начал запоминать их клановую иерархию. Интуитивно понимал, что Шрам — такой же винтик общей системы, как и прочие. Тем не менее, поводов его уважать у меня не возникло даже после похвалы. Только настоящие отморозки будут держать людей в рабстве, и как я понимаю, здешняя точка отнюдь не единственная. Байки про кирпичные заводы могли так и остаться байками, но даже здесь условия мало чем радовали. Рабов подсаживали на паленый спирт, промывали мозги через менталистов, в том числе давая установку на доносительство и покорность.

Я понял, что мне не нравилось в Лебедеве и остальных. Они, возможно, остались неглупыми и даже интеллигентными людьми, но внутри перегорели. Увязли в трясине болотца подобно Нео из Матрицы. Быть может, бунтари здесь просто не выживают. Что ж, в таком случае пришло время своим примером доказать обратное.

Но сначала — обкашлять план с Ассоль, в идеале даже обзавестись оружием.

Еще как оказалось, камеры в тоннеле все же стоят — на входах. Но и это не осложняет возможность побега так, как мое нынешнее состояние. Голова раскалывалась, со лба текло. Отчасти потому, что в тоннеле действительно было душно, отчасти — потому что со мной что-то происходило. Не сомневаюсь, что стоит сунуть мне градусник, и ниже тридцати восьми не покажет.

Вчера остался без ужина, завтрак пропустил, пока был на стрелке. Выходит, я уже больше суток ничего не ел. Желудок уже даже как будто привык, перестал ныть и напоминать о голоде.

Я вообще мало что чувствовал — кроме холода, который испускали кристаллы. Подобно мясу из морозилки их хотелось приложить ко лбу, чтобы хоть немного остыть. И с каждой новой обрабатываемой глыбой это желание становилось все более навязчивым…

Пока не случилось нечто необъяснимое. Когда я устанавливал на верстаке очередную породу руды, то резко почувствовал сильный холод в ладони, которой ее придерживал. Стало настолько холодно, что руку я одернул — а руда одернулась вместе с рукой.

Она прилипла — и не к перчатке, а прямо к ладони. Помогая второй рукой, я все-таки отодрал руку и обнаружил, что перчатки не осталось. Она буквально прожглась насквозь в тех местах, где я касался руды…

И не просто руды, а чистого кристалла. Как такое возможно?! Минуту назад глыба ни с одной стороны не показывала света кристаллов, а теперь целая грань светилась чистым голубоватым цветом.