Думер

А еще…

Я не столько осознавал это, сколько чувствовал. Пока пил, осколки на моей спине начали быстро «вылезать» из кожи и отваливаться. То же самое произошло и с несколькими пулями, застрявшими в руке, спине и груди. Организм их «выплевывал», не желая принимать инородные объекты. По полу раздавался стук падающих пуль и осколков, а я все пил, пил, пил…

— Что я такое… — проговорил я, рассматривая свое тело так, будто оно не было моим.

— Что ты такое… — протянул один из рабов, молодой парнишка.

— Нужно собираться, — подал голос Лебедев.

— Они в любой момент могут нас поджарить.

Я кивнул, окидывая взглядом тоннель.

— Вы свободны! — закричал я, чтобы услышали все. — Все свободны! Мы уходим отсюда.

Пока я кричал, Ассоль поднесла мне олимпийку — одну из тех, что выпали из коробки. Протянул руки в рукава, застегнул молнию. Посмотрел на Мишаню: тот умер быстро, потому что помимо ранения в живот позже кто-то выстрелил ему в лоб. Жалко мужика, один из первых пошел на этот риск. Главное теперь, чтобы остальные не закончили так же.

Никто не решался идти вперед меня. Разумно. Теперь мне и самому не терпелось вновь испытать свое «нечто», нащупать границы возможного. Хотя кого я обманываю… Все, чего я сейчас хотел — это выбраться отсюда, попутно отправив на тот свет как можно больше бандитов, если таковые встанут на пути.

— Почему они не идут? — спросил я у Ассоль, глядя на то, как Лебедев прощался с Иванычем, который оставался в нашей хате.

— Это… сложно понять, Артем.

Неожиданно вздрогнул, когда Ассоль назвала мое имя.

Первая за последние дни. Первая в этом мире. Разумеется, она его знала — я назвался еще когда меня принимали. Шрам тогда вел запись. Хм…

— Слушай, мне нужна информация о… Даже не знаю, как выразиться. Обо мне, об этом мире. Что мы можем взять с собой?

— Точно не здесь. — Ассоль пожала плечами. — Здесь вообще не хранят ничего ценного. А о тебе они знали лишь то, что ты им сказал. Вообще, отсюда даже рации брать бессмысленно — разрядятся без станции. А вот мне собраться нужно!

Не успев это договорить, Ассоль метнулась в свою комнату.

Не закрывая за собой дверь, принялась копошиться в шкафу, срывать со стены плакаты, перебирать кассеты. Остальные были уже готовы, если здесь вообще можно было говорить о готовности. В конце концов, если мы расчистим путь, за оставшимися рабами могут уже спокойно вернуться.

Если изначальный план заключался в том, чтобы выходить наверх переодетыми, выглядеть как бандиты, то теперь в этом не было нужды.