Человек и тень

Мы часто проводили время вместе, слушали байки деда Гриши, причитания бабушки и придумывали новые забавы. Я вписался к ним так, словно был родным. По крайне мере старики относились ко мне, как и к своим внукам.

Уютно, приятно, но одна тайна так и оставалась не раскрытой - чердак. Как же интересно что там!

Сказано - сделано.

Ничего такого. Всего лишь небольшая коморка с пыльным зеркалом, накрытым простыню, продавленным креслом и столиком с пишущей машинкой. Разглядеть больше мы не успели - нас погнали в зашей. Дверь захлопнули.

Последнее же, что я видел, как упала простынь. Ничего не сказал. Ну не хотят, ну и ладно. Все равно ничего интересного. Подумаешь, зеркало. Эка невидаль.

Да уж, невидаль...

После мы забирались по приставной уличной лестнице вверх, чтобы заглянуть в крошечное окошко чердака. Пытались найти что-то новое, наблюдали за зеркалом. Порой рассказывали друг другу, что что-то видели. В самом деле порой казалось, что в зеркале виднеются силуэты странных людей с вытянутыми руками. Периодически становилось страшно и было ощущение, что за нами следят.

Но вскоре и она нам наскучила. Вернулись к прошлым играм.

К догонялкам, пряткам, пятнашкам. Звали в игру и других соседских девчонок и мальчишек. Носились шумной гурьбой, смеялись и радовались каждому дню, чтобы потом громко рассказывать родным, сколько всего интересного приключилось.

Это как с рыбаками, которые поймали во-о-о-о-от такую рыбину. Для детей все так же - ярко и преувеличенно.

Это было лучшим временем, пока не пропал Леша.

Его искали почти везде, где можно представить. Сначала дети, пока не опустилась ночь, потом взрослые - сами старики и соседи. Затем подключили милицию и волонтёров. Много их было - неравнодушных. Боялись, что могло случится нечто плохое. Прочесывали окрестности, заглядывали чуть ли не под каждый кустик и камушек, точно Леша мог уменьшиться и спрятаться там.

Не мог, конечно.

Но отчаяние... Оно и не на такое толкает. Искали, осматривали. Прочесали множество километров. Каждый звал Лешу, просил его вернуться. Но ничего.

Почти везде осмотрели, кроме запертого чердака. Но на то он и заперт, чтобы никто туда не попал. Да и бабушка все время повторяла, что нельзя туда ходить, зеркало проклятое стоит, страшное. И выкинуть его нельзя, чтобы кому еще не навредить, только прятать.

Да деда Гриша уже ее не слушал. Отпер чердак.