Протокол "Шторм"

Именно этот мерзавчик слепил фонарем, а вот второго человека распознать сразу не получилось. Выпученные глаза, всклокоченные волосы, безумные угловатые движения, за этой вычурной уродливой маской Пашка едва узнал свою квартирную хозяйку. Дальше же пошла такая «петрушка», что ни в сказке сказать, ни пером описать. Немолодая, во всех отношениях почтенная дама с жилплощадью, вела себя похуже наркомана в стадии ломки. Вытянув руки и издавая протяжный тихий вой, она мотнулась в сторону фонаря, и ловко выбив его ногой, умудрилась подскочить, схватиться за дверной косяк, и используя его как турник, по касательной врезаться обеими ступнями в Ивашкино тельце.

Петров, по натуре легкий, почувствовав внезапное ускорение, в мгновение ока скрылся из поля зрения, вслед за безвременно ушедшим фонарем, а уважаемая Прасковья Тихонова обернулась и недобро поглядела на своего второго квартиранта. 

- Ну, что вы право, убиваетесь, - почувствовав, что «запахло керосином», Кочетков вскочил с койки и, выставив руки вперед, начал медленно отступать к окну.

– Ну, поломали мы с Ивашкой немного, так завтра же все починим…

- Бу-бур-бан, - заявила домовладелица, и противно хрустнув шейными позвонками приняла позу сломанной марионетки. – Бар-ша. Баааа…

Совсем спятила, видать, как ущерб увидела, решил Пашка. Несла дама околесицу, то бубня, то переходя на фальцет, и все это время, оскалив пожелтевшие от никотина зубы, осторожными шагами хищника, подбиралась к Кочеткову. Ломанные движения, в один момент забавные, вдруг стали пугающими и опасными, взгляд из безумного начал казаться голодным, ненасытным, принадлежать способным кому угодно, кроме бизнес-вуман в очках.

Свет из окна, неясный, пробивающийся из-за облаков выгодно подсвечивал белизну лица и скрюченные, будто сведенные в судороге, тонкие, аристократические пальцы.

- Прасковья Тихоновна, - вновь попытался привести в чувство даму, наивный провинциал, - ну, я ведь правду го…

Досказать ему не дал мощный хук слева, и пискнув, Пашка отшатнулся, больно ударившись затылком о стену.

Прасковья Тихонова перешла в атаку окончательно, и выставив маникюр, кинулась к Пашке разинув рот. Бить даму нехорошо, некультурно, однако к черту условности. Схватив нападавшую за кисть, Кочетков развернул ее, аккуратно, чтобы не повредить, и крутанув обнаглевшую мадам, легонько толкнул ее в сторону выхода. Сил у парня было достаточно, так что «легонько» получилось внушительное. Затем последовал акробатический этюд в стиле лучших китайских боевиков.