Отражения одиночества

Впрочем, и парную есть и не толстеть – приятный бонус, что уж.

Василий только хмыкнул.

– Да ладно тебе. Ты часто сюда приходишь? – ей и правда было любопытно.

– Иногда. Когда день сложный – мне эта беседка нравится.

– Понимаю. И мне.

– Тоже сложный день?

– Ага, – на педсовете очередная выволочка была еще глобальнее предыдущей. Кажется, Саша принципиально все делала не так. По мнению старшей вожатой. В особенности не так танцевала и разговаривала с начальством, – но я переживу. А ты, если хочешь – рассказывай.

– Это нечестно.

– Что именно?

– Ты предлагаешь мне рассказать. А сама не хочешь.

Саша чуть улыбается, видя насупленный лоб мальчишки.

– Предполагается, что взрослые могут пережить сами свои трудности и при том помогать детям. Кстати – врут, – Саша устала и откровенничала больше, чем хотела. – Но я и правда могу пережить все. Просто рабочие трудности и сложный день. Завтра я проснусь с новыми силами буду все разрешать. И послезавтра. И до тех пор, пока будет нужно.

– И как ты это делаешь?

– Что?

Вася определённо ставил ее в тупик своими вопросами как никто другой.

– Веришь в то, что завтра проснешься с новыми силами, – поясняет парень. – Прости, что лезу не в свое дело, мне любопытно. Знаешь… Ну, у матери такого не спросишь.

– А. Пустое, если я не захочу отвечать – то не отвечу. Ну нужно просто во что-то верить. Я в это верю, а иначе грустно становится.

– И тебе никто не помогает?

Саша чуть пожимает плечами.

– Воспоминания иногда помогают, если о чем-то хорошем помнить.

А так – только я сама себе помочь могу. Ну или кого-то попросить, но это не значит, что кто-то другой мне помогать должен. В этом и смысл быть взрослым. Но в этом есть и удовольствие, на самом деле.

– Удовольствие?

– Ага. Ты сам все можешь. Сам. Не нужно ни от кого зависеть. Можешь делать что хочешь – если последствия устраивают.

Вася молчит, допивая кефир.

– Так ты не расскажешь, что такого привело тебя сюда?

Парень чуть пожимает плечами.

– Знаешь, иногда ты на кого-то надеешься, а это не оправдывается. И это…

– Ранит.

– Хорошее слово, – Саша чуть улыбается.

Не по годам смышленый парень был ей симпатичен. Она много общалась с подростками, и многие из них были куда лучше, чем взрослые. Чище и искреннее. Что-то было в нем такого… Как будто он сам был не от мира сего.

Из окна корпуса послышались хихиканья. Саша обреченно подняла голову. Так и есть, комната ее девочек.