Западня для одинокой души (часть 2)

Что она вообще может сейчас? Чем может помочь Ольге? Как может изменить ситуацию? Да, никак! Господи, до чего отвратительное чувство!

- Наверное, это и есть индивидуальное испытание, - раздался голос Стави, - то, о котором говорил мастер Лан. За которое дают баллы.

И в ответ на ее слова зеркало выплюнуло желтую савори. Та пролетела юзом по подиуму, скатилась вниз, на пол и осталась там лежать без движения.

- Оля! – закричала Алиса, забыв про все правила и называя настоящее имя подруги. – Оля!

Но с ее губ не сорвалось ни звука.

В комнате стояла звенящая тишина. А рядом так же билась в стекло Стави. И так же кричала. И так же не было слышно ничего. Шелли стояла, прижав ладони к лицу. В ее глазах плескалось отчаянье.

У Алисы промелькнула мысль, что это все ей привиделось, что она не могла все это разглядеть в такой-то тьме. И вдруг она поняла, что в помещении опять стало светлее. А подиум снова меняет цвета: голубой, красный, оранжевый, голубой, красный, оранжевый. И так бесконечно.

Но на этот раз без желтого. Желтый безумная воля полигона уже попробовала на вкус.

А она все смотрела и смотрела на Ольгу, почти не замечая ни подиум, ни мигание, ни зеркальную колонну. И тут желтая савори зашевелилась и морщась начала подниматься. Алиса внезапно заплакала. От счастья. От облегчения. От проблеска надежды.

Она попыталась разглядеть, что там с Ольгой? Сильно ли та пострадала? Но желтый сектор погас окончательно. И алой савори осталось довольствоваться лишь силуэтом стоящей подруги.

«И ладно, - подумала она. - Главное, что Ольга жива. Главное, на ногах. А все остальное подлечим. Лишь бы только эти чертовы стены исчезли!»

И тут подиум вспыхнул голубым. На лице Стави появилось изумление, испуг, а после обреченность. И зеркало снова осветилось, на этот раз являя подругам эпизод из жизни голубой савори.

И Алиса принялась смотреть.

В отражении улыбающийся мужчина качал на качелях смеющуюся девочку лет двенадцати. И сходство между ними было таким очевидным, что не приходилось сомневаться - мужчина и девочка - это отец и дочь.

И Алиса подумала, что Стави очень повезло, отец у нее любящий, а детство у кошки было счастливое. И тут же пожалела о своих мыслях. Потому что счастливое детство Стави на этом и закончилось.

Откуда-то из-за спины девочки прилетела стрела с серым пером и вонзилась мужчине в глазницу. И он, не убрав с лица улыбку, качнулся и начал заваливаться на спину, плашмя. Медленно, как в кино.