Всегда вдвоём

В конце концов, это действительно интересно: долго ли они теперь продержатся?

-*-*-

Скип позвонил без пятнадцати, как договорились. Я подхватил спортивную сумку, помахал Лине, лениво развалившейся на диване, и двинул развиваться. Физически, ага. Посмотрим, что у них там за тренеры... Тренировались бойцы в соседнем с нашим залом здании, как ни странно — у них площадь помещения оказалась куда меньше, зато пол был накрыт одним большим матом. Покрытие какое-то... на искусственную кожу смахивает. Или ребятки не экономят, и кожа натуральная? В любом случае, выглядит понтово и дорого.

Но места мало. А батареи на стенах шпарят так, что жар с пары метров чувствуется! Я невольно поёжился, представив, каково это будет, если к такой штуке спиной прижаться случайно! Или прижать. Намеренно.

Народу в зале оказалось немного — человек десять всего. Трое наматывали круги по периметру, остальные двумя группами сидели в центре и о чём-то трепались. Все в кимоно и босиком.

— Интересно, а зачем ты мне сказал взять кроссовки, если тут босым ходить положено? — спросил я, не поворачивая головы.

— Ты на нас не смотри, — проговорил Скип сзади. — У тебя же свои тренировки будут. Сейчас пацаны тебя посмотрят, подумают, назначат программу какую-то. Может, ты вообще на улице будешь бегать, пока мы тут занимаемся. В зал, на маты, конечно в кроссовках... не то, чтоб прямо нельзя, но неприлично. Ты пока вот тут на лавке присядь, даже переодеваться не надо. Сейчас я тебя познакомлю.

Скип довольно квалифицированно свистнул, перекрыв гомон одних "тренирующихся" и мягкий топот других. Все головы тут же повернулись к нему, тогда он сделал приглашающе-загребающий жест рукой. С мата встали двое и вразвалочку двинулись к нам.

Тренерами оказались два брата, уж я не разберу — близнецы они, или как-то по-другому это называется, но "одно лицо" — выражение именно для такого случая. Оба невысокие, жилистые, с круглыми рязанскими рожами и светлыми волосами.

Но не спутаешь — один выше другого на полголовы, интересно, как так получилось.

И звали их прикольно:

— Васик.

— Лёшик, — почти одновременно произнесли братья, протягивая мне руки.

Смутившись, я почему-то пожал сразу обе, одну правой, а другую — левой, странно вывернув кисть.

— Алекс, — хрипло отрекомендовался я, стараясь держать морду кирпичом.

Васик, которому и досталась моя левая, почти неслышно хмыкнул, но ничего не сказал.