Эксцесс на ЭС-Фара, закон Темных и немного ментальной магии

— Рожей не вышел, что ли?

Но бездарный оставался пугающе спокоен.

— Полагаю, вы считаете, что первые до такого додумались? — он открыл рот впервые, чтобы его голос, тихий скрежет, как металлом по стеклу, бесследно потонул в общем гомоне.

Всех это только раззадорило. Кажется, где-то в этом скопище засветилось и лицо сержанта. И капитан почему-то тоже все больше орал и меньше думал.

Выскочивший было вперед страж проследив рост бездарного чуть отступил к товарищам. Сломанную челюсть даже самой развитой интуицией не вылечишь.

Бездарный мотнул головой, медленно поправляя визоры. Несколько длиннющих белых прядей выбились из-под платка на голове, приводя Кнура в замешательство.

— Риса, уведи. Я скоро, — девка, не скрывая странного довольства, потянулась, кажется, за документами на поясе и замешкалась, а Кнура потащило прочь, будто дистрофичного ребенка. — Капитан, мы же не опустимся до безобразных дворовых драк?..

Кнура затащили за угол, и следующие слова растворились в раскаленном воздухе.

Ну или все замолчали. Последнее, что Кнур видел — сержант протягивает руку к запястьям нахалки. Ночевать сегодня кому-то в камере, будь она хоть трижды агент, слишком мелкая, чтобы капитану стражей и...

По ушам резанул выстрел.

Кнура прошибло холодным потом.

Пелену безумного сна, на который все происходящее было похоже, разорвало еще два оглушающих выстрела с разницей в несколько мгновений.

Кнур снова попытался вырваться, но бездарный этого, кажется, даже не заметил.

Кнура держали с видимой небрежностью, но крепче, чем бывало в наручниках.

Он с удивлением отметил, что его ощутимо потряхивало.

Кому вообще может прийти в голову стрелять в стражей? На что они рассчитывают после такого? К кому он угодил?

— Женщины... — буркнул тем временем бездарный, заталкивая Кнура в неприметную машину городской службы.

— У вас будут проблемы! — без уверенности в голосе выговорил Кнур.

Бездарный пожал слишком узкими для его роста плечами и меланхолично обронил:

— Вполне вероятно.

И аккуратно захлопнул дверь.

Да кто они такие-то?

— Идиоты, — партийная мразь звучала смиренно. — Я же просил без шума.

— Я в своем праве. Они проявили неуважение, — в голосе девки не чувствовалось ни капли сожаления. — Я сказала им свое имя. Если плебеи мне не верят — это не мои проблемы. И, если бы стражей не учили блокировать прямой гипноз, им бы было гораздо безопаснее работать.

— Твой гипноз... Это отдельная и очень грустная тема.