Некрофамилианин I. Адаптация

– И уточнил, изучающе косясь на Протасова: – Но вам ли жаловаться, ваше сиятельство?

Андрей вздохнул, откинулся на спинку и пристукнул тростью.

– Ваша правда, господин Харитонов… ваша правда.

И хотел ещё о чём-то спросить, но тут экипаж замедлил ход, Арсений Гуевич извернулся на козлах, и доложил:

– Ваше сиятельство, прибыли!

Одинаково сконфуженные состоявшейся беседой, мужчины выбрались из брички и оправили одежду. На проспект опускался прохладный апрельский вечер, и вдоль проезжей части загорались электрические фонари; вспыхивали подсвеченные витрины дорогих магазинов и рестораций.

– Спасибо, господин Чхве, – с лёгкой растерянностью бросил Андрей, изучая яркое парадное искомого особняка, – можете возвращаться домой, на обратном пути мы наймём автомедона. Время запомнили?

– Телефонирую ровно без четверти десять, ваше сиятельство!

– Так тому и быть!

Арсений Гуевич вежливо попрощался с господином, молча и почти незаметно кивнул Харитонову, и снова цокнул языком, освобождая место для подъезда последующей кареты.

Глава VIII. Продолжение

Граф и его спутник отступили к стене, с одинаковым интересом рассматривая особняк, чуть более впечатляющий, нежели родовое гнездо Протасовых.

Над ними нависало внушительное каменное здание трёх этажей с отдельной каретной аркой во внутренний двор, украшенное изящными эркерами и тремя балконами на проспект; с лёгкой маркизой на центральном входе, по последней моде покрытой выгнутым стеклом.

На углах особняка были установлены уникальные фонарные столбы, не меньше десятка купало в ярком свете и подъе́здную маркизу.

Со стен щерились некрофамилианские маскароны.

– Признаюсь откровенно, – негромко и удручённо произнёс Протасов, – что испытываю определённое замешательство.

– Не сто́ит, ваше сиятельство, – также негромко откликнулся Илья, и Андрей разобрал в его голосе непритворную поддержку. – Вы к этому точно готовы, я знаю.

Граф вздохнул, вынул портсигар и прикурил папиросу.

К месту, где их высадил Чхве, продолжали подъезжать всё новые и новые экипажи.

Дамы и господа, улыбчивые и в высшей степени пристойно одетые, выходили из них, раскланивались друг с другом, а затем не спеша направлялись к красивым входным дверям. К счастью, на застывших в тени Протасова и его приказчика внимания пока не обращали.

– Особняк на Обском проспекте, это ли не показательно? – чуть ли не с тоской протянул Андрей. – Они же нам родня, так?

– Своего рода, – не меняя тона, ответил Харитонов.