Приставка

Потом в командировку меня отправили. В горячую точку. Уже не молодой был, но поехал — деньги большие обещали. Алла переживала сильно, а я… Злой вернулся: насмотрелся всякого, пережили там с парнями много чего. Такого Мишу она ждать больше не хотела. Уехала, пока я в загуле был. Вещи забрала, из квартиры выписалась. Казалось, не прощу никогда! Так и жил-не жил: ночевал на работе. Потом, через несколько лет, в аварию попал на машине, ногу сломал; вроде был обычный перелом, но из-за плохих сосудов гангрена началась, и ногу отняли выше колена.

Сдулся после всего этого. У меня ведь никого не было, кроме Аллы и племянника. Вот Вадик, точнее, жена его, Анечка, меня вытянули.

– Аллу я искать сначала не хотел, обижался, а когда отошёл, стало стыдно. И показываться ей таким не было желания. А когда начал узнавать, пробивать адрес, мне сотрудники бумажку дали, что умерла моя Аллочка. Я недавно сюда переехал: хотел найти, где она, и рядом место купить, чтоб хоть после смерти с ней…

– Ох, Михаил Евгенич! Мы, люди, все такие, пока живы.

Как говорится, только потерявши плакать начинаем. Знаете, что? Полетели, я вам покажу, чем на погосте призракам развлечься можно.

***

Проболтали почти до утра. Алла Сергевна и о себе рассказать успела, и меня порасспрашивать. А потом мы собак бродячих по территории гоняли: псы, оказывается, призраков могут видеть и бояться их до жути. Моя спутница улюлюкала вслед стае, как заправский загонщик. Я же, как порядочный полтергейст, к рассвету проводил даму до её участка.

– Ой, Михаил Евгенич, таких весёлых свиданий у меня и при жизни не было! Давайте, завтра ночью сходим-таки и спросим, может, нас вдвоём таких весёлых ТУДА впустят?

Шлейф веселья развеялся, и я снова ощутил тяжесть внутри, несмотря на то, что и тела как такового не было.

– Какое свидание? У вас что, и после смерти маразм старческий остался? Никуда не пойду. Если я застрял, значит, не всё закончилось. Значит, есть надежда…

– Сами вы… – Алла Сергевна отвернулась, и её силуэт медленно растаял в зарождающихся рассветных лучах.

Окончание фразы долетело до меня уже почти у моей ограды. – Хрен старый!

***

Днём кладбище выглядело уныло. Смотреть на всё со снимка было скучно, к тому же, я успел пожалеть, что нагрубил новой знакомой. Вот ведь: плакался, а потом…

«Как Вадик не скажет, мент опять вылез!»

Ближе к обеду неожиданно пошёл снег. Холодно для начала марта. Вроде и седьмое число уже, а мороз как на Крещение, и снегу навалом. Алла любила снег. И праздники.