Они приходят осенью

Он сказал, что экопосёлок с землёй сравняет и житья не даст, если Варвара не будет его подстилкой. Дебил. Знал бы он, с кем связался, бежал бы сломя голову прямиком в свой Мурманск.

Все слушали Семёна с интересом. Нонна вывела «Газель» на окольную дорогу, решив петлять по окрестностям не меньше часа, прежде чем ехать в Хомутовку. В разбитые окна задувал ветер, в салоне было холодно.

— Хозяйка... — Семён осёкся, выругал себя за то, что по-прежнему называет эту тварь «хозяйкой». — Варвара приказала мне тогда отвести троих охранников в гости к Паше.

Так и сказала — «в гости». Она хоть и чудовище, но с чувством юмора у неё полный порядок. Я и отвёз. Ночь была, зима, мороз стоял лютый. А эти трое выбрались из машины и тихонько так по снегу к особняку Мурманского двинули, через ограду точно пауки перелезли. Ну и началось. Думаю, никто из людей Паши даже не успел понять, что на них напали. Пяти минут не прошло, как всё было кончено. Твари всех замочили — и прислугу, и самого Мурманского. Ему натурально башку оторвали и привезли Варваре в качестве трофея.

— Вот же дерьмо, — подвёл итог Ярослав.

Марина содрогнулась, подумав, что сегодня их могла постичь участь этого Паши Мурманского. Если бы такие монстры нагрянули в убежище, никакой дар духа города не помог бы. Варвара сильный враг. Очень сильный. А потому, в борьбе с ней, нужен особый подход. Переть напролом — не вариант. И вот вопрос: поможет ли изменить ситуацию та информация, которой обладает Семён?

Она обратила внимание, что остальные теперь поглядывают на него без прежнего недоверия.

— А ты талант, — сказала тихо.

— Ты это о чём? — Семён приподнял бровь.

— Кажется, своей болтовнёй ты сумел расположить к себе моих друзей. Вот что значит профессиональный актёр. Этому на актёрских курсах учат?

Он коротко рассмеялся.

— Нет, такому меня не учили. Сейчас мне кажется, что, прислуживая Варваре, я просто исполнял какую-то роль. Роль морального урода. А теперь, после того, как сделал правильный выбор, я снова стал самим собой.

И мне сейчас легко как-то. Я больше не исполняю никакую роль, я просто живу. И меня меньше всего заботит, что жизнь эта может скоро оборваться.

— А этот монолог из какой пьесы? — пошутила Марина.

— Из моей собственной, Марин. Из моей собственной. И называется она «Переосмысление».

— Твоя жизнь не оборвётся, — заверила Марина. — Я верю, что мы справимся с Варварой. И ты верь.

После долгой паузы, Семён произнёс с горечью в голосе:

— По поводу твоей сестры...