Они приходят осенью

— Натяни капюшон на глаза, — сказал Ярослав. — Ещё не хватало, чтобы тебя узнали.

Вадик послушался. Они вдоль забора обошли здание. Вот и мрази. Три старухи и прыщавая девчонка лет семнадцати. У всех были одинаковые чёрные зонты — трости. Старухи стояли возле кустов — серые, неприметные, скучные. А девчонка расположилась на скамейке рядом с тонкими берёзами, выстроившимися в ряд точно щуплые солдаты, неспособные защитить даже самих себя. Четыре эфемерных щупальца тянулись за ограду, на территорию, где под присмотром молодой воспитательницы играли дети, и поочерёдно присасывались то к одному ребёнку, то к другому, понемногу выкачивая жизненную силу из каждого.

— Вырубим тварей и сразу же сваливаем, — заявил Ярослав. — Старух со спины обойдём. Ты вырубаешь вон ту, в берете, а я остальных.

— Может, я лучше прыщавую вырублю?

— Делай, как я сказал! — разозлился Ярослав. — Будешь спорить, никуда потом тебя с собой не возьму, усёк?

— Усёк, — обиженно пробубнил Вадик.

Он вынул из спортивной сумки электрошокер. Корпус удобно лёг в ладонь.

— Двинули, — сказал Ярослав и, озираясь, направился к старухам. Вадик засеменил следом.

Мрази их не замечали, продолжая вытягивать жизненную силу из детей. Охранник зевнул, вынул сигареты и закурил. Вороны каркали истерично, словно им угрожала опасность. До старух осталось всего десяток метров. Ярослав, чувствуя что-то вроде охотничьего азарта, рассудил, что расправа над тварями займёт секунд тридцать, не больше.

Ему хотелось, чтобы монстров было больше, хотелось настоящей битвы. Ну да ладно, пока и эти сойдут. Подушечка пальца легла на кнопку, ещё секунда и... Он вдруг захрипел, в голове помутилось, мир стал расплывчатым, словно в мгновение ока погрузился в грязную воду. Приступ! Опять. После травмы головы с ним такое поначалу часто случалось, а в последнее время приступы не происходили ни разу.

Старухи втянули в глотки щупальца, одновременно развернулись.

Девушка встала со скамейке и, не проявляя ни единой эмоции, двинулась к старухам.

— Ярослав! — перепугался Вадик. — Эй, что с тобой?!

Тот не в состоянии был ответить. Он рухнул на колени, выронил шокер, обхватил голову руками. Ему казалось, что в мозг вонзили раскалённый прут, для него сейчас не существовало ничего, кроме адской боли.

Вадик бросил взгляд на старух, на прыщавую.