Они приходят осенью

Парень давился собственными воплями, его джинсы стали мокрыми. Варвара не спешила. Она просто стояла и равнодушно взирала на того, кого собиралась обратить в чудовище. Её глаза походили на голубые льдинки и в них не было ни злобы, ни какой-то особой радости.

— Время пришло, — сказала она наконец и молниеносно запихала червя в рот наркоману. Тот успел лишь охнуть, а потом захрипел, задёргался.

Варвара отошла, отвернулась, потеряв всякий интерес к парню. Она своё дело сделала, теперь оставалось только дождаться, когда червь превратится в нечто иное, пустит корни в организме, как раковая опухоль пускает метастазы.

На это уйдёт время, процесс создания ищеек более длительный, чем процесс создания сборщиков.

Она забралась в «гнездо», улеглась, наслаждаясь холодом.

— Хорошо.

Ей вспомнился ледяной мир; молнии, пронзающие чёрные тучи; леса из гигантских каменных образований, отдалённо напоминающих деревья; дворцы высших Архонтов, башни которых терялись в небесной тьме. Как бы ей хотелось снова попасть в свой мир — хотя бы на час.

Но пути назад нет, портал просуществовал всего минуту и исчез навсегда.

Наркомана больше не трясло. Он сидел с блаженной улыбкой, его глаза закатились, обнажив белки с лопнувшими сосудами. Варвара не обманула парня, ему действительно стало хорошо. Наркотик, который выпустил червь, вызвал эйфорию.

Глава девятая

Ей поверили. Все поверили, не усомнившись ни на мгновение, будто способность чувствовать боль родного человека на огромном расстоянии — это вещь обыденная.

Марина была за это им благодарна, не пришлось что-то доказывать, описывать свои ощущения. А если бы пришлось... возможно, случилась бы истерика.

— Мне надо в город! — она твёрдо смотрела в глаза Нонне. — Дайте мне ключи от газели, — и добавила после паузы: — Пожалуйста.

Да, ей поверили, однако это вовсе не означало, что стоит ждать безоговорочной поддержки. В конце концов, сейчас уже почти ночь, все устали.

— Во-первых, за руль моей машины сажусь только я, — довольно холодно ответила Нонна.

— Во-вторых, ты одна никуда не поедешь.

— Это моё дело.

— Нет больше твоих дел. Теперь все дела — наши. Привыкай. Мы как мушкетёры: один за всех и все за одного. Только так и никак иначе. Я отвезу тебя в город, и сама постараюсь всё выяснить, чтобы ты лишний раз не светилась.

— Я с вами, и это не обсуждается, — встрял Ярослав.

— Мы все поедем, — заключила Инга. — А про мушкетёров мне понравилось.