Небесные скитальцы

Заданный вопрос оказался совсем не тем, который ожидала Еврисфея:

— Сама пробовала когда-нибудь?

— Нет...

— Тогда идём, — он решительно встал из-за стола. — Положи её пока, пожалуйста, в свою сумочку.

Они кивнула, спрятала бутылочку и с удивлением последовала за ним. Телепортировались вниз, то есть в зал, с помощью мини-портала на балкончике, опоясывающем сферу. Как бы там ни было, а Габриэль действительно редко покидал свой кабинет и пристанище над ним: встречные, попадающиеся на их пути, удивлённо и подобострастно здоровались.

Вокруг них торопились по своим делам ангелы: кто-то спешил на задание, кто-то с поручением, кто-то просто тащил кипу бумаг. Гордо запрокинул голову, как это часто делают те, у кого небольшой рост, архангел шёл так энергично, что Еврисфее стоило трудов за ним поспевать. Наконец, несколько раз воспользовавшись мини-порталами, они вышли на террасу Управления.

Хотя подходило ли к подобному инженерному сооружению такое обычное слово? Шириною примерно с полёт стрелы, она простиралась на длину, достаточную для того, чтобы опоясать Управление на том протяжении склона Горы, которое оно занимало. Таким образом, длина выходила немалой: стоя посередине нельзя было увидеть ни начала, ни конца.

Так вышло, что они оказались как раз посередине этого гипербалкона. Не сбавляя темп, начальник Управления и его специальная поверенная подошли к краю.

Вид, открывавшийся отсюда, потрясал любого до самой глубины души. Восхищал и изумлял даже тех, кто имел счастье любоваться им многократно.

Ветер ласково растрепал их волосы.

Этот мир, Гору размером с планету, освещали сразу два солнца, но совершенно не так, как солнце освещает Землю в Прайме или Гею в Протосе; не было ночи, не существовал полдень, и ни одно из солнц никогда не оказывалось в зените.

Словно два вечных дуэлянта, они всегда были напротив друг друга, при этом всегда на горизонте, находясь относительно от него в неизменном положении. Гора вращалась вокруг них. Перед глазами наблюдателя, в какой бы её точке он бы ни находился, всегда разворачивался либо рассвет, либо закат, причём каждому из них не было ни начала, ни конца.

На этот раз им выпало наслаждаться багряно-синими красками заката.