Дозорные байки

- А сколько я вам буду должна,  –решила я уточнить у волшебника, спасшего меня от груза бессмысленных страданий.

- Пусть цену назовет та, ради которой вы соглашаетесь на сделку, идет?

- Да, – ляпнула я и вдруг ощутила, что пересохли губы, в самом слове сделка крылось нечто странное, древнее и опасное.

Он резко поднялся, будто враз позабыв про меня, и неспешно пошел по аллее. Я хотела было вскочить, догнать, извиниться, сказать, что это все ерунда, но двинуться не было сил. Я сидела, как приклеенная, на облупившейся деревянной скамье, глядя в след странному человеку, а в голове как назло вертелась и вертелась первая строка бессмертного булгаковского романа.

До своей однушки на краю города удалось добраться уже затемно. Я чувствовала себя опустошённой. Встреча с Иркой и незнакомцем выпили из меня все соки. Даже злость отошла на второй план. Войдя домой, я не включая свет и не снимая ботинок, доплелась до кухни и, повернув кран, припала к струящейся воде, как путник в пустыне.

Вода становилась все холодней, а я никак не могла напиться. Наконец, почти заставив себя оторваться от крана, я ополоснула лицо ледяною водой и только тогда почувствовала себя живой.Присев на табурет, я извернулась и скинула с себя пальто, вслед за ним отправился вязанный мамой снуд и шапка. В квартире было тихо. Не скрипели половицы, не капал кран, не орал кот, потому что у меня не было кота, и слава богу.

Повтыкав в темноту, я потихоньку пришла в себя. Убрала вещи, поставила чайник.

Все возвращалось на круги своя. Наконец, устроившись в потертом кресле с томиком Шекспира, я включила торшер и уснула.

Меня разбудил не звук, а запах. Запах корицы отчетливо витал в воздухе, словно ее нарочно рассыпали посередине комнаты. Я поежилась от холода и, оглядевшись, с удивлением поняла, что балконная дверь распахнута. Не помню, чтобы я проветривала, и старый шпингалет не подводил. Встав с кресла, я закрыла балкон. Аромат корицы усилился, теперь в нем присутствовали и нотки перца, я поморщилась.

За спиной захихикали, и я замерла. Первой мыслью было, что это соседи, просто хорошая слышимость, но нет, звук был близким, даже слишком. Враз покрывшись гусиной кожей, я медленно обернулась и ахнула.

Напротив меня стоял давешний незнакомец. Белая рубашка на нем была расстёгнута, обнажая великолепный торс. Темные волосы непослушными прядями спадали на плечи, тонкий профиль был будто предназначен для чеканки на монете.