Дозорные байки

Несколько детей помладше перестали плакать и зачарованно обернулись в его сторону. Кадык под шарфом, вампира заходил ходуном.

Данил молча с разворота стукнул ему в ухо, да так, что тощий отлетел к вагону и сполз в пыль, будто мешок без костей.

- За что, - заныл он.

- За самодеятельность, - рыкнул Данил, он хотел добавить тощему еще и за нытье, но кто-то дернул его за край гимнастерки. Обернувшись Данька увидел мальчугана, лет пяти-шести. Худенький, коротко стриженный с уродливым родимым пятном на левой щеке.

Рубаха на нем, подвязанная на поясе обрывком веревки, посерела от пыли, рукав порвался. Появившийся так внезапно ребенок, казался призраком.

- Дяденька, подайте копеечку, - попросил мальчик, протягивая грязную ладошку и зашелся долгим, глухим кашлем.

-Фу, - Дарья сморщилась и тут же зашептала, - Данька гони его прочь, у него чахотка!

Бывший семинарист, только отмахнулся от нее. Молча порылся в кармане и вложил в детскую ручку пару монет.

Мальчик просветлел взглядом: - Спасибо дяденька, дай вам бог здоровья! - зашептал он, воровато оглянулся, сунул добычу за пазуху и рванул прочь с платформы.

Из-за кучи горбыля, за мальцом тут же кинулась ватага мальчишек постарше, сопровождаемых лающими псами.

- Ушла еда, -вздохнул тощий и смолк под тяжелым взглядом Даньки.

- Идемте, друг ждет, - буркнул он и зашагал прочь с вокзала, стараясь не глядеть в ту сторону, куда умчались дети.

Двигаясь по шумящему городу, Данил, оглядывался и качал головой от изумления. Там, где еще пятнадцать лет назад расстилалась степь, чью тишину нарушали лишь крики чаек от реки да клекот соколов в небе, теперь раскинулась огромная стройка.

Все левобережье словно вывернул наизнанку неведомый великан. Мимо проезжали грузовики, обдавая путников пылью и смрадом выхлопных газов и двигались подводы, запряжённые лошадьми. Вместо горы Атач, темнели столбы труб выдыхающие тяжелый дым.

Данил не удержался и глянул в сумрак: от тихого серого марева, в котором за частую не рос даже синий мох, не осталось и следа.

Сумрак бурлил, захлебывался эмоциями согнанных со всей страны людей, давился, не успевая усвоить их любовь и злобу, волнения и гнев.

Даньку передернуло от этой погони. Отведя сумеречный взгляд, он ускорил шаг. Дарья и Тощий поспешили за ним.

Оставляя в стороне бараки и кирпичные здания, Данька свернул к оврагу у самого края Соцгорода. Здесь, недалеко от станции сортировки, раскинулось селение с громким названием Шанхай.