Дозорные байки

Достаточно того, что ты несколько веков нарушала договор. – Ари щелкнул по прутьям клетки, - скажи спасибо, что не развоплотили. Посидишь тут лет сто, глядишь и одумаешься. - Арина за тобой присмотрит.

-Я буду звать тебя Фифи, - усмехнулась волшебница. Птица гортанно крикнула, Настя почти интуитивно взглянула сквозь сумрак и охнула. У птицы была аура темной иной. Арина, накинув на клетку ткань, повернулась к дверям и укоризненно покачала головой.

-А подслушивать не хорошо.

Настя вышла на свет. 

-Простите, я случайно.

Но я никому не расскажу.

-И правильно, - улыбнулась ей Арина, подхватив клетку она направилась к выходу. - У тебя впереди еще длинная, интересная жизнь! Удачи, Настя. Она прошла совсем рядом и Насте показалось, что на шее у волшебницы сверкнул рыжим всполохом волшебный кулон.

Зверь

Если подумать, то я не любитель подобных мероприятий. Мне бы на берег речки, рыбку половить, у костерка байка потравить и ухи покушать. Вот это мое. А когда лес превращается в балаган и всюду народ с гитарами, и даже лиса уже знает, что такое осень, это без меня.

Но вот, а кто получилось, что друзья уговорили поехать, и в сущности я не пожалел.

Первые выходные сентября были теплыми словно лето вернулось. Лес стоял вроде и радостный, но с той ноткой грусти, которая чувствуется только осенью. Так еще на перроне бывает, когда поезд провожаешь. Вот это то самое чувство, знаешь, что вернется или вернешься, а все равно грустно. Но сегодняшний лес заполнили барды, всюду горели костры, звенели гитары.

Стройные и не очень голоса выводили рулады. Кто ставил палатку, кто варил обед, кто перетягивал струны. Я бродил среди этой кутерьмы, а в голове крутились строки из «Бородино» описание подходило, только французов не было, зато было прослушивание, там, как сказал мне Витёк, засели метры авторской песни, и сейчас они меряли всех желающих выйти на сцену. Я по привычке глянул сквозь сумрак, ух какие страсти! Ауры у народа пылали не хуже, чем осенний лес, золотая надежда, красная ярость от неудачи, оранжевое веселье, охристая радость. А сам лес просто кипел эмоциями, оно и понятно, выходной, хорошая компания, еда и не только, что еще надо человеку.

 - Илья, а ты сам выйти не хочешь? - я даже вздрогнул от удивления.

 - Витёк, я когда в последний раз гитару в руки брал? Я на ней теперь только смерть таракана сыграть могу. - я изобразил хлопок.

Витёк заржал:

 – А я еще «Прощай пароход», умею! А вообще, ты же писал и пел, я помню.