История охоты

– С этим нужно разобраться.

Я испуганно притихла, лихорадочно шаря по закоулкам памяти. Что я такого могла натворить, чтобы заработать популярность у охотников…

Я же нигде, ничего… Странно! Под такой боевик, даже теория с Сабриной и асаху не подходила.

Видя, что я прониклась, так сказать, всей серьезностью ситуации, па встал.

– Отдыхай, Лона. Ребята, не тормошите ее сильно, — сказал он. – Ах, да. С этого дня ты на аресте. Вечером отвезу тебя к Келли, чтобы целый день была у кого-нибудь на глазах, — добавил он и торопливо вышел.

Тааааак… Продолжение следует — это ясно. Мне еще не раз влетит, это тоже ясно. Но один вопрос все же остается: что папа теперь собирается предпринять?

Парни переглянулись и оставили меня переваривать услышанное. За что я была им благодарна.

Мик убрал охотника на крыше, но я никого не заметила, хотя должна была почувствовать! Мик. Ему тоже пришлось убить из-за меня.

Все, все, все! Больше никаких глупостей, во всяком случае, в ближайшее время.

Да кстати, я даже не думала, что Вик так быстро станет авторитетом. Он теперь куда увереннее того стеснительного парня, робко звонившего мне в дверь в Б. Ведь даже своенравный Мик подчинился ему в критической ситуации, что странно, но вполне объяснимо.

– Кушать! – объявила Анька, пинком распахивая дверь. Сразу видно, подруга у себя дома, у меня она так двери не открывает. Она поставила что-то вроде подноса на ножках ко мне на кровать и уселась рядом.

– Тот персонаж, что следил за вами, оказался гораздо сильнее обычного человека.

Мик сказал, что с таким еще не сталкивался. Странно, правда?

Я кивнула.

– А он как нормально? – я неопределенно двинула плечом, подразумевая сам факт схватки.

– Жив здоров, ты же видела.

– А морально?

Не знаю почему, но Анька искренне расхохоталась.

– Значит, нормально, — подвела итог я, слегка озадаченная странной реакцией подруги.

– Полностью.

Мы помолчали.

– За что они тебя так?

– Не знаю… Не знаю…

Через несколько часов папа вместе с мамой, как и обещал, отвез меня к Келли.

Мама с мокрыми глазами долго гладила меня по голове. Мы ехали в обнимку всю дорогу, а когда машина остановилась, мне страшно не хотелось выходить – так бы и сидела всю жизнь с ней в обнимку. Но папа бережно взял меня на руки, отнес в дом и, поцеловав в макушку, исчез, безжалостно оставив наедине с толпой вопросов. После транспортировки и перевязок, сил думать самой не осталось.