История охоты

И на пару дней без присмотра оставить нельзя!

– Мало того, что Мик ведет себя как псих и собирается в воскресенье уехать к бабушке, так еще и мориат активизировалась: снова пристает с предложением уйти в «монастырь», такой талант пропадает и все такое!

– Да она достала уже! – праведно возмутилась я. – Ей же русским языком сказали – нет!

Келли пожал плечами.

– Она говорит, что от силы не спрячешься — и рано или поздно Анька все равно к ним придет.

– Приятно видеть оборотня, настолько уверенного в своей правоте, — ехидно отметила я.

– К слову, пока я тут валялась, мне пришла в голову мысль, что ты был прав. Надо все выяснить, а потом уже делать выводы. Сабрина ведет себя очень странно, и, похоже, ввязалась во что-то, из чего теперь не может выбраться.

Чем еще объяснить ее выходку на Совете? А договор с Миком? Я уже не напоминаю, про записи в дневнике Алана.

– Ты думаешь, она станет разговаривать с кем-то из нас после того, как спустила с лестницы твоего отца?

– Почему – с кем-то? Я пойду.

– Ага, она столько времени пыталась тебя убить, — и тут ты сама приходишь к ней в гости! Похоже, ты еще не до конца пришла в себя поле потрясения.

– Да нет же! – я возбужденно приподнялась над подушкой. – Сабрина знает то, что необходимо нам! Может если как-то разнюхать во что она вляпалась, то…

– НЕТ! – Келли выглядел непреклонным. – Держись от нее подальше. Если мы сможем, что-то выяснить, сделаем это без тебя.

Я натянула одеяло повыше. Когда Рыжик в таком состоянии, с ним бесполезно разговаривать.

После смерти отца, даже мысль о том, что кому-то из близких может грозить такая же участь, вызывала у Келли вспышку ярости.

Мне вдруг стало страшно. Если жизнь заставила мягкого и добродушного Рыжика научиться ненавидеть, то… что же она сделает со мной?

Глава 5

Два дня я жила как младенец: только и делала, что ела, а потом спала, или для разнообразия сначала спала, потом ела. Но зато теперь чувствовала себя отдохнувшей и полной сил.

Пора было вставать и браться за проблемы, которые за мою болезнь никуда не делись.

А жаль!

От идеи сходить «в гости» к Сабрине я так и не отказалась. Трудно объяснить, на чем базировалась моя уверенность. Когда Волчица удержала меня от глупостей, да-да, неприятно вспоминать, как меня тогда разнесло, мы, словно, поменялись местами. Я была лишь ведомой половиной, прислушиваясь к мыслям и чувствам своей Волчицы. И это она настаивала на том, что «железная леди» — страдающий зверь, нуждающийся в помощи.