Кокон

Хмельную истому мигом унесло, будто ветром легкий туман. Во рту стало сухо. – Я неуклюжий, слишком медленный, чтобы удирать, но в бою – знаешь, кое-чего стою!

Змей сполз с камня и двинулся на лягушей, устрашая их длинным раздвоенным языком. Его быстрое тело казалось черной неумолимой струей смерти. Когда между ними осталось меньше прыжка, Ямбульский рванулся, целясь острием палки в ядовито-желтый глаз. Но уж был быстрее – отпрянул и изогнулся пружиной. Шмак-Кин прыгнул выше, ударил дважды мечом, только кожа огромного гада оказалась слишком прочной.

- Кво! – вскричал Ямбульский, снова устремляясь вперед - змей бросился навстречу, широко открыв пасть, извернулся и схватил лягуша.

- Борбон! О, Борбон! – Шкрэк яростно колол, бил в черное, извивающееся струей тело. Хлесткий удар хвоста отбросил его к бревну, но он поднялся, мигом прыгнул назад, сжимая крепче рукоять меча. Змей бился в камнях, силясь проглотить тучную, непослушную тушку Ямбульского, шипя или уже хрипя от злости и удушья.

Борбон же, наполовину проглоченный, не думал сдаваться – схватившись за длинный язык, упираясь ногами, он старательно затыкал горло гада задом, набрав при этом побольше воздуха и раздувшись до размеров самой безобразной жабы. Иногда сдуваясь с трубным звуком через задний проход, брызгал вонючими осадками Тявтянского. С третьей попытки Шкрэк все же оседлал ужа, крепко охватил ногами его туловище, и вонзил клинок чуть дальше оранжевых грозных пятен. Кровь брызнула, потекла, такая яркая на черной блестящей коже. Великий змей вздрогнул, дернулся слабо и затих.

- Бо, ты жив? - Шкрэк Шмак-Кин сполз наземь рядом с растекавшейся лужицей. – Бо! Ямбульский, в хвост твою морду!

- Друг мой, - нога, торчавшая из приоткрытой пасти, вытянулась, - ты бы помог мне, что ли.

Шкрэк вскочил, схватился за челюсть мертвого гада, и скоро оттуда выкатился Борбон, круглый, как пузырь, с выпученными безумными глазами.

- От этого Великого змея воняет хуже, чем от кучи жабьего дерьма! А, маркиз?

- Верно, - Ямбульский поморщился, прикрывая лапой ноздри.

– Вонючий червяк! Сортир ползучий! Мы убили тебя!

- Великого змея великие лягуши!

- Гоп! – они одновременно шлепнули друг друга в животы.

- Ке-ке-ке! – уронив меч, Шмак-Кин согнулся от смеха. – Я вырву ему язык!

- А я отрежу хвост и сделаю шапочку!

- Я люблю тебя, Бо!

Солнце почти скрылось за горизонтом, когда они достигли жилища отшельника.