Познакомлюсь с принцем. Не Золушка

Щеки горели на морозе, по телу разливалась приятная усталость.

Вспомнились школьные годы. Родной поселок Тани обильно засыпался снегом каждую зиму, и все классы получали график расчистки. Вставать раньше всех и заранее тащиться в школу по холоду и мраку не хотелось, зато как весело было работать рядом с одноклассниками. А еще они соревновались, кто лучше всех слепит снеговика. И успевали же, встречая рассвет в школе.

В общем, ностальгнуло. Все и дальше шло бы хорошо, но когда Золушка увидела идущих по тропинке Тонза и Марсака, безразличие на ее лице сменилось на злобную гримасу.

— Ну вот! Удружила так удружила! И кто тебя просил, дуру?! — выпалила она, топнув на сводную сестру. — Теперь мачеха заявит, что я не сама дорожку очистила!

— Ну и что? — удивилась Таня. — Мы просто пытались помочь.

— Ты что, совсем малохольная или специально навредить пытаешься? От тебя, толстуха, я такого не ожидала!

— Не, нормально! — возмутилась Таня. — За толстуху промолчу, хотя это моветон и бодишейминг, а вот кто тут малахольный, еще доказать нужно.

Золушка прищурилась:

— А ты сама почему не сбегаешь? С тобой тут никто не считается.

— Много ты понимаешь. Ты вообще меня не знаешь.

— А ты не знаешь ни-че-го, что вокруг происходит! Ты тупая, как корова! Толстуха! Гора жира! Тюлениха!

Рука у Тани как-то сама поднялась, и хотя она никогда не была сторонницей силовых решений, ей пришлось признать, что оплеуха вышла знатная. Синди улетела в сугроб, лопата со звоном воссоединилась с дорожкой (Таня отбросила ее подальше, во избежание).

Татьяне одновременно было обидно, весело и… страшно за Золушку. Такой силы в руках она сама не ожидала.

— Охренела?! У тебя не кулак, а кувалда! — сипло подтвердил сугроб.

Таня облегченно вздохнула и помогла Синди выкарабкаться из снега.

— Прости, — буркнула она, — не подрассчитала. Впрочем, ты заслужила.

Золушка кашляла и отплевывалась. Таня со вздохом принялась смахивать снег с ее… тулупа?. Подошедшие Тонз и Марсак смотрели на девушек округлившимися от испуга глазами.

— Нормально все, — успокоила их Таня. — Небольшие семейные разборки. Привыкайте. То ли еще будет.

Кажется, нападать и обзываться Золушка больше не собиралась. Она вообще как-то… присмирела, доплелась до лопаты и, сопя, вернулась к общественно полезному труду, время от времени трогая раздувшееся ухо.

— Раз я такая мерзкая, — кинула ей в спину Таня, — держись от меня подальше и не провоцируй.