Мой рай цвета "Индиго"

Проходя мимо мужа, Элеонора бросила на него брезгливый взгляд и добавила:

— Вас обоих. Жду вас обоих.

Илья кивнул, пропуская жену, после чего подошёл к Алекс, сел на пол рядом с кроватью и поцеловал дочь в лоб.

— Расскажешь, как ты оказалась в отделении психиатрии? — аккуратно начал отец.

Алекс с шумом выдохнула и упала обратно на подушку. Спрятавшись под одеялом с головой, она грустно застонала.

"Это моя вина. Из-за меня она оказалась там", — зазвучал голос отца слишком близко, словно их не разделяло байковое одеяло.

— "Если бы я уделял дочери побольше внимания, ей бы не понадобилось лечение", — продолжал отец.

— Почему ты так думаешь? — Алекс вынырнула из своего убежища и посмотрела отцу в глаза.

— Ты о чём? — Илья глядел на дочь и хлопал длинными рыжими ресницами.

— Почему ты считаешь, что виноват в том, что со мной произошло?

— Я этого не говорил… Погоди… Что? — заикаясь начал отец. — Слушай, пойдем позавтракаем. Мы оба ничего не ели со вчерашнего дня.

Илья потряс головой, словно пытаясь избавиться от назойливой мухи, резко вскочил и направился в сторону выхода.

Алекс смотрела ему вслед, раскрыв рот и пытаясь понять, что же сейчас произошло.

“Сейчас опять приведут этого мальчишку. Мой дом что, похож на детский сад?!” — голос матери был раздражённым. Когда Александра вслед за отцом вошла на кухню, Элеонора стояла к ним спиной, нервно намывая посуду.

— Вообще-то мне за это платят. — С возмущением выпалила Алекс. — И к тому же, мне нравится Ден. Он смешной и… — Алекс замялась.

— Любит меня. Вроде бы. — Девушка села за стол, подвинув к себе сгущёнку.

— Алекс, ты опять болтаешь по телефону? Я же просила тебя убирать гаджеты подальше, когда мы садимся обедать! — вспыхнула Элеонора. Она швырнула тарелку в раковину, выключила воду и повернулась к дочери. В кухне воцарилась звенящая тишина.

— Я не… — начала Алекс, но тут же осеклась. В её ушах громко зазвучал голос отца.

“И она ещё спрашивает, почему я не могу с ней жить. Мигера!”

Алекс уставилась на мать, ожидая ответной реакции, но та уже расставляла на стол тарелки с блинами, игнорируя замечание мужа.

“Когда этот ублюдок наберётся смелости и свалит из этого дома к своей жирухе?! Пусть она кормит эту свинью!” — мать была на взводе, хотя внешне этого не было видно.

— Мам! — со злостью выкрикнула Алекс, от чего Элеонора резко подскочила. — Выбирай выражения!

Мать и отец с недоумением уставились на Александру. Элеонора то окрывала рот, то снова закрывала, поджимая губы.