Мой рай цвета "Индиго"

— Мы сюда, как бы… вместе пришли. Кофе выпить, посидеть.

— О как… — Яна сложила руки на груди. — А работать ты когда придёшь?

— Для этого я тут, — Алекс набрала побольше воздуха в грудь. — Я увольняюсь.

Брови Яны взлетели даже выше, чем у Феда, который всё это время следил за разговором. Алекс положила на стойку бейджик и ключ от двери. Назад пути не было. Надо довести дело до конца.

— С шефом я сама поговорю, — бросила Алекс. — Прости, Ян. У меня сейчас очень сложный период.

Бариста фыркнула и ушла обслуживать посетителей.

Алекс понимала, что Яне было не легче. Но врят ли у неё тоже стояла задача по спасению нескольких жизней в ближайшие двадцать четыре часа. День икс был уже завтра. И отвлекаться на всякие мелочи в виде работы было глупо. И всё же, ближайшие пол дня Алекс планировала провести в обществе Феда, распивая кофе и закусывая пирожными. Это было частью её плана. Плана по спасению Дена.

— Уверена, что не нужно выбрать другое заведение? — спросил Фед, когда Алекс поставила перед ним карамельный латте.

— Мне кажется, твоя коллега не слишком довольна.

— Формально, она мне больше не коллега, — Алекс пожала плечами и положила в рот кусочек красного бисквита. — Да и обслуживать нас не надо, я сама справляюсь. Шеф мне должен, так что обед за счёт заведения.

— Какие планы на завтра? — Фёдор широко улыбнулся.

— Да вот думаю предотвратить одну страшную катастрофу, — обыденным тоном ответила Алекс. — А у тебя?

— Я всё же планирую попасть к психотерапевту, — Фед задумался. — Он слишком дорого мне обходится, чтобы пропускать посещения.

Да и для Павла Валентиновича смерть не является уважительной причиной отсутствия на терапии.

Алекс улыбнулась. Ей нравилось наблюдать за Федом, как двигаются его губы, как меняется взгляд. Казалось, она могла считать его настроение по мельчайшим деталям. Словно ничего не могло от неё ускользнуть. В эту минуту Фед был счастлив. Надолго ли? Смогут ли они предотвратить его смерть? Алекс снова погрузилась в мысли об аварии. Почему-то перед глазами стоял образ Фединых родных: сестры и мамы.

Что, если они ждут его? Что, если ему нужно уйти? Что, если предотвращать аварию неправильно? Почему вообще Алекс решила, что может играть в бога? Внутренности скрутило, к горлу подступил ком.

— Федь, — начала она, но тут же замолчала.

— М? — Фёдор приподнял бровь, делая глоток кофе.

— А может, — Алекс замялась. — Может, это всё неправильно? Может, нам не стоит…

Федор вопросительно смотрел на Александру.