Мой рай цвета "Индиго"

Одиночество стало верной подругой, способной выслушать, и в то же время заклятым врагом, дарящим ощущение безысходности.

По утрам все сильнее мутило, по ночам всё чаще снились кошмары. Алекс просыпалась разбитой и уставшей, словно все происходящее во сне было в реальности.

В последний день октября Алекс проснулась с ощущением необходимости что-то поменять. Существовать как раньше стало невозможным.

Алекс сходила в душ, накрасилась и надела любимый джинсовый комбинезон поверх объемного белого шерстяного свитера.

— О-о-о, кто тут у нас? Да это ж сама Матильда пожаловала! — раздался голос главного задиры группы с дальних парт, едва Алекс вошла в аудиторию.

— Заткнись, придурок! — Алекс показала одногруппнику средний палец и, не обращая внимания на улюлюканье его товарищей, гордо прошла до своего места возле окна.

В этот раз она не отпустила взгляда. Она смотрела в глаза своему обидчику и готова была ответить на любую его выходку.

— А больничка-то пошла тебе на пользу, — не унимался парнишка. — Там из тебя всю дурь выбили?

— Не переживай, я и за тебя замолвила словечко, — Алекс достала из рюкзака тетрадь и положила её на стол. — Тебя там ждут, как самого главного пациента, — она обернулась к одногруппнику и ехидно улыбнулась, гордая за себя.

В это время в аудиторию зашёл профессор, а в коридоре раздался звонок. В помещении тут же воцарилась тишина.

— А ты дерзкая штучка, — прошептал задира так, что его могла слышать только Алекс.

— Пошёл ты, урод! — прошипела Алекс.

“Не была бы психичкой, я б ее трахнул прям здесь или в туалете”.

Мысль парнишки отразилась эхом в голове Алекс. Она часто задышала, затем резко встала, подошла к одногруппнику вплотную и, склонившись над ним, отчётливо сказала:

— Да я б такому уроду, как ты, даже под дулом пистолета не дала.

После этого плюнула ему в лицо, схватила рюкзак и выбежала из аудитории под свист толпы.

На следующую пару Алекс вернулась, но последствия утренней выходки не заставили себя долго ждать. После обеда Элеонору вызвали к декану, и Алекс должна была явиться вместе с матерью.

— Если такое поведение продолжится, боюсь, мы вынуждены будем отчислить Александру, — декан сцепил пальцы в замок и положил руки на стол перед Элеонорой.