Некорректный запрос

Вам удалось почувствовать энергетический узор картины?

– То ли да, то ли нет.

– Гм… Тогда закройте глаза, но постарайтесь удержать перед собой мысленный образ картины. Так… А теперь вглядитесь внимательно, только не глазами, ведь они закрыты, а известным вам способом.

– Вроде бы что-то получилось…

– Теперь видите? Художница достойна высочайшей похвалы.

Так он искусствовед, решила Шени, причем искусствовед какой-то неизвестной школы – о таком подходе она раньше не слышала. Тем более интересно. И до чего же приятно, когда тебя вот так расхваливают!

– Но мне показалось, что все же здесь что-то не так, – задумчиво добавил мужчина.

Сердце у Шени екнуло. А уши, если бы могли, встали бы торчком. Значит, и ему показалось то же самое?!

– Картина сама по себе весьма хороша, однако на уровне энергетического узора возникает впечатление некоего противоречия между замыслом и результатом. Если посмотреть – я имею в виду, известным вам способом посмотреть – на центральную часть росписи, то мне представляется, что оттуда должен исходить мощный луч, направленный вовне.

Однако же вместо этого поток закручивается и снова растекается ручейками – эффект запруды. Тоже красиво, но могу предположить, что-то помешало ей осуществить первоначальный замысел. Разглядели?

– Я еще не настолько опытна, – отозвалась девушка с уклончивым смешком. – Зато я заметила, что кое-кто нас внимательно слушает. Незийская русалочка слева.

Шени растерялась и отпрянула в сторону, едва не опрокинув свой столик. Хотя ей бы сделать вид, что не приняла на свой счет, что ей нет дела до чужих разговоров…

Мужчина развернулся вместе с креслом.

На нем был медицинский воротник – в таком голову не повернешь.

Застигнутая врасплох, Шени изобразила улыбку:

– С Новым годом! Я действительно слушала ваш разговор, не удержалась, потому что вы обсуждали мою работу.

– Так вы Шениролл Чил Амари? – спросила девушка.

– Да, это я.

Та улыбнулась в ответ, вытащила карманный комп, в два счета что-то нашла и кивнула:

– Я видела вас в сети, но не узнала в этом русалочьем прикиде.

Рада познакомиться, Лейла.

Вблизи полумаска у нее оказалась не черная с серебром, а темно-синяя с серебром, под цвет сапфирово-синих глаз. Не настолько сложная, как настоящие лярнийские, но все равно отличный образец.

– Герсойм, – представился землянин. – Сочту за честь познакомиться с вами, ваш дар произвел на меня большое впечатление.

– Но вы заметили в моей работе недостатки, – художница сразу перешла к делу.