Поверенная дел некроманта

Девяносто процентов папок в них принадлежало мне, поскольку бумажной работы у меня в принципе было больше, чем у остальных. А теперь вопрос: где выше вероятность найти нарушение – в одной папке из десяти, или в оставшихся девяти?

- Лёвушка, - елейно протянула я. – А поможешь и мне документы подшить? У тебя это так хорошо получается…

Стажер важно поправил очки:

- Да, получается! А еще я знаю, как при помощи вареного яйца подделать печать организации!

Я закашлялась:

- Ну, таких радикальных мер мне пока не требуется, но все равно, спасибо…

В этот момент зазвонил мой мобильный телефон.

- Даша, зайди, - коротко скомандовал директор и отключился.

Ой-ой. Я с неохотой направилась к кабинету начальства.

…Внутри царил самый настоящий хаос. Двое сотрудников Инквизиции, судя по всему, клерки средней руки, заняли большую часть кабинета Ивана. Вокруг них стопками возвышались пластиковые папки с документацией нашей конторы, которые они внимательно перебирали. Оставшийся дальний угол кабинета заняли наш шеф и еще двое его гостей – худощавый мужчина лет тридцати пяти – сорока и улыбчивая пухленькая блондинка примерно того же возраста.

Места им критически не хватало: мужчина то и дело отодвигал затылком висящую почти над головой боксерскую грушу, а женщина постоянно напряженно косилась на чучело совы, которое сладострастно уткнулось ей в ухо будто маньяк в переполненном автобусе.

- Даша, заходи, - скомандовал мне шеф и расчистил от бумаг даже не стул, а обыкновенную тумбочку.

Я присела, размышляя, для чего нужно ютиться в узком кабинете шефа, когда у нас есть просторная переговорная? Только позже до меня дошло: Иван специально поставил проверяющих в заведомо неудобное положение, чтобы хоть немного вывести их из состояния душевного равновесия.

Краем уха я услышала, как Иван представлял нас друг другу: мужчина по имени Андрей Витальевич Романов был главой регионального отделения Инквизиции, а женщина, имя которой я не запомнила, возглавляла департамент делопроизводства.

Важные птицы для штатной проверки. Слишком важные.

Мужчина, не мигая, разглядывал меня, будто сканировал. Пожалуй, при других обстоятельствах его можно было бы назвать симпатичным, но не сейчас, когда я чувствовала, как тумбочка подо мной начинает превращаться в костер инквизиции. Стремясь разрушить неприятный зрительный контакт, я метнула в мужчину кокетливый флиртующий взгляд. Тот вздрогнул, будто очнувшись от размышления, и отвел, наконец, глаза.