Поверенная дел некроманта

Под заголовком, написанным по-французски, стояла дата выхода номера – 5 марта 1926 года.

- Как думаешь, - шепотом спросила меня приблизившаяся Лика, - они понимают, что вот так ездят уже сотню лет?

Я посмотрела на беспечные выражения лиц пассажиров.

- Видимо, нет.

- Они думают, что сели на поезд несколько часов назад, - безжалостно подтвердил наши догадки Марк, отворяя дверь в следующий вагон.

Видимо, это был ресторан. Покрытые белоснежными скатертями столы отгораживались друг от друга расшитыми шелковыми цветами ширмами.

В приватных зонах было немноголюдно, видимо, время ужина еще не настало. Желудок опять предательски заурчал от заманчивых запахов еды, витавших вокруг. Но поддаваться слабости было нельзя, потому мы с самым невозмутимым видом пересекли ресторан, и вышли в следующий вагон.

…Который резко поражал своим контрастом. Он был абсолютно пустым и бесцветным. Белые стены, отсутствие мебели и голые окна. Даже ковра на полу не было – просто белый материал, похожий на пластик.

Как будто художнику дали нарисовать поезд, он потрудился над двумя вагонами, а на третий у него не хватило ни красок, ни фантазии.

Единственным темным пятном здесь была красивая молодая женщина в темно-зеленом платье с заниженной талией и короткой стрижкой а ля гарсон. Густые каштановые волосы были кокетливо украшены драгоценностями, на груди таинственно переливались в подвеске изумруды. С изящного профиля с вздернутым носом можно было хоть сейчас писать портреты.

Она держалась за поручень и задумчиво смотрела в окно.

- Лора, mon cher ami, - нежно произнес Марк, приближаясь к девушке.

Только после этих слов Лора будто очнулась ото сна и увидела нас.

- Марк, милый, - ответила она приятным мелодичным голосом и протянула к нему руку, затянутую в тонкую перчатку.

Орлов тотчас сжал тонкие пальчики, касаясь их губами:

- Я скучал, дорогая.

- Если бы ты скучал, милый, - покачала головой Лора, - ты бы давно принял мое предложение и путешествовал бы здесь, со мной.

Но ты предпочел влачить жалкое существование, будучи проклятым какой-то полуграмотной деревенской ведьмой. Даже не знаю, как темный колдун вроде тебя может жить с подобным позором столько лет и не сойти при этом с ума от стыда.

Марк поморщился:

- С момента нашей последней встречи ты стала более беспощадной.

- Беспощадной? – карие глаза впились в лицо Марка, голос зазвенел от злости.