За Жизнью

Фигура упала на спину, корчась от боли.

— Да пошло оно все, — услышал крик из арки, и второй бросился прочь. Шаги быстро удалились. Девушка осталась на месте, сползая по стене, села на корточки.

Матвей подбежал к ней, аккуратно взял за плечи, та вскрикнула от испуга, забилась и зарыдала.

— Не бойся, я тебе не причиню вреда. Как тебя звать?

— Ма-Ма-Мари...на.

— А меня Матвей, вставай, давай я тебе помогу подняться, пошли отсюда скорее. Они тебя ранили, что сделали?

— Н…нет, все х…хорошо,— в слезах отвечала жертва.

Выйдя на свет, парень заметил, как двумя полосками по щекам девушки стекала туш. На вид ей не было и двадцати.

— Что они от тебя хотели?

— Не-не-не зна...ю, — всхлипывая, отвечала она. — Из... изнасиловать... д… деньги за… забрать, другого я не... не....Они увязались за мной от самого магазина, я работаю в салоне... сотовой связи. Живу не… не далеко, пешком минут пятнадцать ходу.

Страх понемногу притупился, она чувствовала себя защищенной в эти минуты, хотя рядом и стоял незнакомый совсем ей человек.

Но от него веяло добротой и светом. Он же мог пройти мимо... Просто... сделать вид, что ничего не услышал... И, доверившись чувствам, девушка слабо улыбнулась и вытерла тушь тыльной стороной ладони, тем самым еще больше размазав по лицу и замарав руки.

— Спасибо тебе большое. Если бы не ты... Я даже боюсь представить... Как бы я... что… — руками девушка закрыла лицо и начала плакать. Мелкая дрожь сотрясала ее тело.

— Я провожу тебя до дома, все хорошо.

Возле подъезда девушка пригласила спасителя на чашку чая, но Матвей отказался. Он знал, сейчас начнут задавать вопросы, кто и откуда. Желания отвечать не было.

Ночь он провел в хостеле, до которого ему все же удалось без лишних происшествий дойти. В комнате, где стояли несколько двухъярусных кроватей, ужасно пахло сыростью, грязной одеждой, едой. Матрац был покрыт пятнами от кофе или от чего-то еще. Что его радовало, так это чистое постельное белье.

— Это все же лучше, чем там, где я семь лет провел, — подумал он.

Спустя два часа, постоялец смог помыться, отстояв очередь в одну единственную ванную комнату. После него люди еще ходили туда, каждый по своим интересам. Они гудели, шептались, высказывали недовольство. Сил, чтобы обращать на всех внимания, у него не осталось. Несколько дней после освобождения были насыщены приключениями. Отнюдь не положительного свойства. Они отняли у него силы. Эмоционально он оказался истощен.