Саббайя или призраки Старого Города

-- Кровати?

-- Навек средь каменных постелей

И тайны мрачных подземелий

Хранят секрет иных времен

Где жизнь становится как сон

-- И кто это у нас упокоился с изображением кровати?

-- Если честно, я не помню. Но Вилли, прошу тебя, подумай! Ты же знаешь, как бывает. Сначала у детей все есть, а потом это «все» кончается, и они бедны и абсолютно не готовы к жизни!

-- Смотри, обратно к кафедре возвращаются...

-- да, да:

Где камень поглотил любовь

И где любовь ожила вновь..

-- Там была плита семьи Келлеров.

Они умерли молодыми, и у них был сынок, и они ему помогали после своей смерти. Вилли, они же тебе нравятся, сукин ты сын! Зачем ты заставляешь детей делиться с государством?

-- Обратно к северу идут. Я не понимаю, зачем такие круги наворачивать? – Сменил тему палач. – Почему нельзя было дать один ориентир?

-- Ты меня спрашиваешь?! – удивился я. – Лучше представь, как это все Клаус запомнил.

-- Вечность долгая... – вздохнул Вильям. – что хочешь вспомнишь... Скажи.... А ты бы на что деньги потратил, если бы жив был?

-- На производство, конечно, – ответил я.

-- А я бы наверное, на издательство книги, – пригорюнился палач.

-- Какой еще книги?

-- О пользе наказаний...

-- Вильям, ты же понимаешь, что деньги пригодяться им самим. А государство не знает о них, и не расчитывает на них. Нет никакого обмана государства, в том чтоб взять себе найденное!

-- Нет, есть! – Набычился палач. – Закон есть закон. Интересно, а что они вместо моего служебного дома ищут?

-- В смысле?

-- Где больше не живет закон

Порядок ведьмовских времен

Здесь слышен колокольный звон

Предупредить нас хочет он

-- Под балкон идут.

...А помнишь здесь часовщик был похоронен? Это там, где сейчас механизм часов стоит?

-- Да нет, чуть ближе к центру! И на плите был изображен колокол!

Марк поднял голову и, оглядев собор, заметил нас. Улыбка озарила его лицо и он замахал нам, дергая Анну за рукав и показывая в нашу сторону. Та тоже улыбнувшись, махнула нам.

-- Хорошие ребята, – с неожиданой нежностью сказал Вильям.

-- Хорошие, – повторил я.

-- Как думаешь, что они сами хотят с кладом сделать?

-- Я не знаю, – признался я.

-- А я думаю, что им все равно, – предположил моралист.

-- Как это?

-- Ну так. Это же время такое, обеспеченное. Они не умирают с голоду, смогут стать кем захотят... Им не деньги нужны, а приключения. Навряд ли они будут Мешать Клаусу. Но и меня тоже вроде слушали. Не знаю. ..