Саббайя или призраки Старого Города

Показав на них рукой, я стал рассказывать:

-- Призрака видите? Привет Ганс!

Сгорбленный башмачник недоверчиво покосился на меня, подозрительно оглядел ребят, и спрятался в тень. Я решил не обращать на него внимания, и продолжил рассказ.

-- Видите часы на башне?

Нет, -- неуверенно ответил Марк.

-- Это потому что их там нет, и не было никогда.

-- Ты же сказал, что были? – удивилась Анна.

-- Ну, как бы часы были, но без стрелок, циферблата и вообще без всяких внешних признаков часов.

-- Часы-призрак? – предположил Марк.

-- Вовсе нет, -- расхохотался я. – Вполне реальные. Сейчас объясню: эта башня называется пороховой, хотя пороха в ней никогда не держали. Понятно?

-- Вообще ничего не понятно, -- призналась Анна.

-- Это я вас специально запутал, -- самодовольно признался я. – Чтоб вам интереснее было! На самом деле на вершине этой башни стояла пушка. Которая, стреляла ровно в полдень. Это и были наши часы! По ним горожане узнавали, что наступил полдень.

Стреляла она, понятное дело, вхолостую. И когда звучал выстрел, из ее жерла вырывался дым и гарь от черного пороха, и эта грязное облако оседало возле башни. И все те, кто случайно проходили мимо, становились похожи на святого Маврикия – черными как арапы! А так как горячей воды в кранах еще не было, да и самих кранов, и вообще водопровода не было, то отмыть «следы времени» было нелегко, и местные жители старались в это время не выходить из дома, чтоб не запачкаться. Но что там порох… Больше всего не повезло нашему Гансу. Он вышел из дома в самый неудачный момент – старую пушку разорвало от выстрела, и на землю не только порох осел, но еще и обломки пушки свалились. И прямо на голову этому ротозею!

-- Кому? – переспросил Марк.

-- Ну, ротозею, тому, кто рот разевает, -- объяснила сестра.

-- Сам ты ротозей! – обижено крикнул Ганс, и исчез в крепостной стене.

-- Просто жуть какой обидчивый, – вздохнул я.

-- И что дальше? – спросил Марк.

-- Что, что… -- передразнил я мальчика. – Умер! И стал призраком. Так обиделся непонятно на кого, ищет теперь кто его убил. Только он то и при жизни храбрецом не был, а после смерти и вовсе пуглив стал. Все время наверх посматривает, не падает ли на него чего, а коли спросить его сколько времени, так сквозь землю проваливается! Как он собирается искать того, кто его убил, не знаю.

– Сам ты трус ! – донесся возмущенный голос из-за стены.