Призраки больше не молчат

Я уселась рядом с Дином, наблюдая, как он аккуратным почерком записывает доклад. Он написал полтора листа за двадцать минут, задумываясь лишь над построением предложений. Оставалось завистливо вздыхать: мне до таких высот не добраться.

– Вот и всё. – Дин переложил тетрадь на подоконник и пододвинул к себе тарелку. – Приятного аппетита.

– И тебе.

Одно удовольствие было смотреть, как Дин уминает бульон! За день он проголодался: работал на стройке, а физический труд требовал много сил. В последнее время Глушь стали потихоньку восстанавливать, и мальчишек активно привлекали в помощь.

После мы занялись сеткой. Чинить её – это неделя кропотливого труда: перебрать и вычистить кольца, заделать порванные места. Тут главное не расцарапать пальцы в кровь острой проволокой, выскальзывающей из рук. Дин сдался первым, он вымотался куда больше моего. Я, откровенно говоря, тоже клевала носом, а проснулась от звука льющейся воды – с работы вернулся Рой. Сетка лежала рядом, на столе. Видимо, Рой зашел на кухню, застал меня спящей, но будить не стал.

И пледом укрыл, чтобы не замерзла.

Я засуетилась, подогревая ему поздний ужин. Привлеченный запахами, Рой зашел на кухню, обнял меня и устало уткнулся носом в макушку.

– Я дома. Ты как? Успокоилась?

– Привет, – улыбнулась я, обнимая его в ответ. От Роя пахло свежей мятой и дегтярным мылом. – Даже думать о Ведьме не хочу. Если заявится снова, ткну ей в нос твой документ об опекунстве, и пусть подавится. Лучше скажи, как сходил к ловцам?

– Отвратительно, – он поднял руку, показывая тонкий браслет на запястье.

Плотно пригнанный, цельный, просто так не снять. Раньше у него подобной безделушки не было. – Меня заклеймили.

– Ты о чём? – я нахмурилась и отодвинулась.

Рой воспользовался моментом, чтобы прикрыть дверь: не хотел будить недавно уснувшего брата. Прежде чем ответить, он налил себе холодный чай в старую, со сколом у ручки, чашку и уселся напротив меня.

– Завтра объявят по Глуши. Ловцы ввели новое правило. Теперь любой, у кого заключён контракт с духом, должен зарегистрироваться и носить опознавательный знак.

– Рой раздражённо хмыкнул, указывая на браслет с отпечатанной на застёжке девяткой. – За утаивание контракта – наказание, вплоть до тюремного заключения. Понятно дело, что когда я притащился к ним с химерой, они сомневаться не стали. Записали условия моего контракта, защёлкнули браслет и отправили восвояси. Я могу гордиться, попал в первую десятку счастливчиков.