Лучше бриллиантов

Но вредина же опять скажет, что это в компетенции только пилота-навигатора».

Женя решил пользоваться тем, что есть.

- Включу-ка я, на всякий пожарный, еще один фильтр. Мало ли, - забеспокоился корабль.

Женя стал смотреть.

Треть площади обзора занимал Шедар, величественный оранжевый гигант. Корона звезды напоминала ауру наконец нашедшегося Бога. Сама поверхность Шедара переливалась на все лады, покрытая волшебным муаром. То и дело Шедар выбрасывал в пространство протуберанцы, этакие руки ребенка-великана – пощупать пространство, познать его, подарить свет или сжечь.

Женя долго не мог оторвать взгляда от А-Cas, Альфы Кассиопеи. Благо три фильтра позволяли.

Шедар был совсем не похож на родное Солнце.

Сквозь протуберанцы короны, к удивлению Жени, ничего не боясь, туда и сюда сновали космические корабли. Они словно презрели законы физики и каждый раз восставали из пепла, как фениксы.

Это Евгений увидел, когда нашел сенсор, дающий увеличение выбранного участка.

Но, сколько не увеличивай, а планет в поле обзора Женя не нашел.

«Видимо, самые ближние к звезде - звезда сожгла. А остальные можно увидеть только с боковых и заднего экранов. Арвид, помнится, говорил, что их планета – третья, как и у нас. Хорошо бы взглянуть хоть одним глазком, пока он дрыхнет».

Тут Женино внимание привлекла абсолютно невероятная штука, похожая на плезиозавра с крылышками, бесстрашно нырнувшая в самый большой протуберанец, и вынырнувшая с другой стороны невредимой.

Потом…

Потом Женя увидел бабочку!

Женя навел на бабочку увеличитель.

Увеличитель указал расстояние – около семи тысяч километров от корабля. Видимо, увеличитель тоже соблюдал политес ради гостя. И из любезности показывал метрические единицы Земли.

«Прямо как Булгаков, когда тот писал о Ершалаиме», - мысленно усмехнулся Женя.

Бабочка была ненормальных размеров. Как бесстрастно довел до сведения Жени увеличитель – около десяти километров в поперечнике, считая от угольно-черного брюшка до кончиков перламутровых крыльев.

Бабочка летела сквозь в космос, она делала взмах, еще взмах, паузу, опять взмах крыльями, лениво и непринужденно, как это делают большие тропические бабочки на Земле, - которым это позволяет большая площадь опорной поверхности крыла.

И которым незачем суетиться.

Космическая бабочка была великолепной в своей невозмутимости.

Женя залюбовался было, но потом вспомнил про размер, и вздрогнул.