Ведьмаком не рождаются

– Головой сильно приложился, но жить будет. – Дал ему отвара. – Чем же ты её так рубанул, что её рука так тут и осталась?

Хотя, можешь не говорить, у каждого ведьмака, даже начинающего, должны быть свои секреты.

– Кто это был или была? Зачем им было врываться к тебе в лавку?

– Ясно дело кто, Мары это, главные помощницы твоей покровительницы, и есть у меня подозрения, что они по твою душу тут резвились, как минимум одна к тебе явно неровно дышит.

– Спасибо я как-то и без популярности неплохо живу.

– А то, паря, не тебе теперь решать.

Одно сказать могу, нужно собирать скарб и тикать отсюда, покуда всем не стало худо.

– А я думал, что все Ведьмаки бесстрашные воины.

– Если ты решил мне шпильку таким образом вставить, то засунь её себе куда поглубже, я видел и бился с такими тварями, с которыми ты даже во сне ещё не сталкивался. И не надо бесстрашие путать со слабоумием, если бы не твой взмах меча, мы бы тут все штабелями лежали, Мары никогда не покидали Навь. Отправить всяких Мавок-Навок, чтоб людям подгадить это запросто, но сами никогда.

Морена их в узде держала. Насколько я знаю их около дюжины, может меньше или больше.

Но и не надо зазнаваться, с твоим уровнем владением меча только масло размазывать на хлеб и то, боюсь порежешься. Наставник тебе нужен, ежели жить ещё хочешь.

– Головааа!

Обернувшись мы увидели Кречета, пытающегося встать, но падающего обратно.

– Определённо не о таком отпуске я желал, но хоть не скучно. Что произошло?

Рассказав Антону все то, что здесь творилось, мы вышли на улицу.

Оставив Афанасия в его лавке, заверив, что будем вертеть головами на все триста шестьдесят градусов. Снаружи происходило нечто за гранью реального, я не сдержался и меня вырвало. По всей улице была кровь, части тел и внутренностей, а через каждые несколько метров лежали кучки голов, как тех, кто оборонялся, так и тех кто нападал.

Не сдержавшись, меня вывернуло ещё раз.

– Не сдерживайся, у меня тоже подобное было в первый раз, но здесь явно все серьезнее.

Не знаю, как ты, но я думаю, что нужно закупаться у Афанасия и перебираться в Явь, желательно куда в глушь.

Молча мы шли вдоль домов в брызгах крови, разрушенных и сожжённых лавок, и шатров. Уже проходя мимо я заметил, как под все еще дымящейся тканью что-то затрепыхалось. Вспомнилось, что именно на этом месте стояла лавка торговца фамильярами.

Осторожно, с помощью палки, я откинул ткань, под которой крутилась крупная двухголовая ящерица.