Ведьмаком не рождаются

Поняв, что она хочет, чтоб мы помогли, мы с Антоном начали рыть землю, пока не наткнулись на светящийся желтым цветом камень с очередной руной.

Камешек был небольшой, размером с арахис, я даже удивился, как мы его не пропустили. Ящерица, заметив его у Кречета, рванула и схватив в зубы вскарабкалась по моей руке, вложив мне его в ладонь, неожиданно цапнула за палец, да так, что пошла кровь, но при всем этом мне было не больно. Спустя секунду с окровавленной пастью она взяла камень в рот и проглотила. После чего обвила мою кисть, схватив себя за хвост, застыла и стала стремительно наливаться серебром.

– Что это было?

– Судя по всему, был проведён обряд, благодаря которому она стала твоим Стражем, что-то такое мы изучали на одной из лекций для молодых сотрудников.

– Ладно позже со всем разберемся, сейчас надо вернуться назад, пока нас не хватились.

Когда мы вернулись, то обнаружили столпотворение народа, внутри которого образовалось кольцо, где Кольм и Кальм держали Иллиа, пока тот в свою очередь орал и размахивал кулаками на стоящего впереди него холеного Эллина с ядовитой ухмылкой.

Кольм, что здесь происходит?

Чудь не успел ничего ответить, как от Эллина вновь полетели словесные тумаки в сторону своего собрата. А на глазах заблестели слезы.

– Ты гнусный предатель, я лучше с Кикиморой под венец пойду чем пожму тебе руку, подлая тварь. Это из-за тебя они все погибли, ты специально все подстроил, чтоб взять власть в свои гнилые руки. Ты всегда завидовал моему отцу. А сейчас смеешь ещё о нём что-то говорить?

Антон положил руку ему на плечо и сказал.

– Иллиа, успокойся. Оно того не стоит. Главное, ты знаешь истину, а жизнь сама расставит все по своим местам.

– Надо же с кем ты связался, племянничек. Ведьмаки, Чудь, как же низко ты пал? Жаль, что ты не сдох вместе с остальными, как мужчина, так как позоришь весь свой род. А сейчас просто, вынужден откланяться, дела Клана превыше всего.

Когда Эллин оборачивался, то стрельнул на меня глазами и сам того не понимая потянулся к нему невидимыми нитями.

– Ну и страху ты тогда нагнал, Николай, видел бы ты себя со стороны, стоишь бледный, как Утопец, а глаза черные-черные, аж до мурашек пробирает. Да и Страж у тебя необычный. Давно племя поганое не видел. – Кольм ходил вокруг меня, словно изучая, а ящерица, превратившись в живую, шипела на него.