Кукушкины дети

Тело болело, мышцы ныли так, словно Белка всю ночь сдавала зачет по физкультуре. Мелькнула трусливая мыслишка прогулять школу, а заодно и поход в музей, но это было чревато неудом за четверть — Ирина Стефановна могла сдержать слово, ведь дело касалось её любимой этники.

Мама позвонила, когда Белка пыталась впихнуть в себя горячий бутерброд с сыром.

— У тебя все хорошо?

— Вроде да, — Белка не собиралась волновать её, рассказывая о своих страхах. Но все-таки попросила: — Мам, а ты не можешь договориться с Викторией Ивановной о приеме?

— Опять задыхаешься? — посочувствовала мама.

— Конечно, — вздохнула Белка. Мама после сеанса обязательно разговаривала с психологом, чтобы знать, что поменялась и как вести себя с дочерью. — Не беспокойся, я так, на всякий случай попросила. А ты скоро приедешь?

— Соскучилась? Прости, Оля, придется еще потерпеть. Ты пока там возьми шефство над Светланой, ей сейчас тяжело…

В разговор ворвался третий голос. Белка не сразу поняла, что это Света, так исказила его связь.

Сестра звала тетю и требовала что-то сделать, четко послышалось: «Вы же обещали!».

— Ну все, Оля, мне пора. Созвонимся! — мама чмокнула воздух и отключилась.

Белка поджала губы. К Светочке побежала. Как всегда, стоило той сделать несчастное лицо, как все взрослые кидались на её защиту. Всегда. Даже когда они таскали яблоки из соседского сада. И попались.

О том, что зачинщицей была именно Света, Белка никому не сказала. Терпеть не могла ябедничать.

Зря надеялась. И потом долго отмачивала в речке покрытые пузырями ноги за то, что потащила «на дело» пай-девочку. Уж чего-чего, а крапивы бабушка никогда не жалела.

Но сейчас именно Свете было труднее всего. Белка даже представлять боялась, чтобы сделала на её месте. Поэтому отругала себя за подленькие мыслишки и выглянула в окно посмотреть, не утихомирилась ли метель. Если нет, то появлялся отличный шанс прогулять хотя бы музей.

Но в синем небе ослепительно сияло солнце. И даже немного грело — Белка почувствовала на лице тепло.

Сугробы за утро осели, а протоптанные в снегу тропинки превратились в покрытый водяной пленкой каток. Белка с трудом удержалась на ногах, когда перебиралась через оставленный трактором грязно-бурый отвал.

В школе ничего не проходило, о вчерашнем никто не вспомнил. Единственное, что уроки пролетели неожиданно быстро.