История об игроках и играх

У Ульяны, очевидно, таким талантом было умение разговаривать по телефону. Ее голос звучал спокойно и доброжелательно, приятно-низко, хотя только что ей довелось узнать о покушении на одного из ее сотрудников. Пообещав прибыть как можно быстрее, девушка положила трубку.

– Скоро будет, – передала я.

Ради производственного совещания мы все смогли уместиться в лаборатории. Юстас сидела на полу, скрестив ноги по-турецки. Мефистофель не отрывался от своих пробирок. Кузьма восседал на табуретке, которую мы с Юстас прихватили из коридора, предварительно прикрыв пятна от краски старой газетой.

Я устроилась на подоконнике.

– Вам нужно как можно больше беседовать с Ульяной, – сказал Кузьма, пожевав губами.

– А смысл? Мы даже не знаем, о чем, – возразила я.

– Никто не знает, о чем. И сама Ульяна не знает, о чем. На мысль вас может натолкнуть все, что угодно. Любая ее фраза, любое ее воспоминание, даже прикосновение, – продолжал вещать Кузьма.

– Особенно прикосновение, – вскинула брови я.

– Ты даже не представляешь, насколько важны прикосновения для людей! – воскликнула Юстас. – К примеру, когда люди обнимаются, они могут многое понять друг о друге.

– Ну да, вы в разведке только объятия и практикуете. Те огромные труды по самым изощренным пыткам не считаются, – прокомментировал Мефистофель, от него снова пахло сигаретами.

Не смотря на то, что мы хихикали над Юстас, мне была близка идея возможности прочитать человека через касание. Мне хотелось верить в какую-то особую первобытную женскую магию, которая исходит не от мозга и даже не от органов чувств, в моем представлении ее источники были гораздо глубже.

И в удивительную способность увидеть человека как на ладони, с помощью одной только этой ворожбы, едва дотронувшись до него… Слегка соприкоснувшись рукавами.

– Я не буду общаться с Ульяной, я плохой психолог, – сказал Мефистофель, после того как Юстас покраснела, затем побелела и вновь возвратилась к своему обычному цвету лица. – И сны мне даются гораздо лучше.

Логичнее будет, если каждый из нас займется своим делом.

– Знаете, почему у вас ничего не выходит? – спросил Кузьма после долгого молчания. – Каждый из вас зациклен на своей части работы, не замечая ничего по сторонам. Это отвратительный уровень развития системного мышления. Вам всем нужна смена деятельности.

– Если Вы забыли, я должен уже завтра предоставит вам подробный отчет об анализах эмоций потерпевших, – напомнил напарник.