История об игроках и играх

И даже догадался убавить плеер – из лежащего на его груди наушника мне почти не был слышен блюз. Пожалуй, он мог бы нравиться гораздо большему количеству людей, если бы не был настолько переполнен пижонством.

– Какого черта?! – снова взревел Кузьма.

– Я специалист по снам, – спокойно ответил Мефистофель, не отводя взгляда. – В крайнем случае, механик. Расследования – не мой профиль. Есть сотрудники других специальностей для подобной работы. Есть следственный отдел, есть аналитический отдел, есть отдел по борьбе с преступлениями.

– Во-первых, все сотрудники ФБД должны уметь работать с разными проблемами, – голос домового звучал также спокойно, только уши немного дрожали, выдавая его истинное настроение. – Во-вторых, вы не в праве выбирать себе те дела, которые вам подходят, когда бюро практически опустело… А в-третьих, жертва спит! Вероятно, даже видит сны…

– Не видит, мы это выяснили первым делом, – отрезал напарник.

– Будете проверять каждый день, вдруг однажды ему что-то да приснится, – приказал Кузьма. – Поскольку по остальным пунктам возражений нет, жду всю группу вечером на мозговой штурм. Можете поспать часов пять-шесть…

Мефистофель криво усмехнулся. Готова была поспорить, в тот момент он особенно остро не переваривал бюро и его нелепую структуру.

***

Когда я пришла домой, папа уже ушел на службу. Мама последние недели практически жила в лаборатории, потому я даже не надеялась ее застать; мамин режим летом всегда казался мне диким.

Я застала его перед зеркалом в прихожей, отмахивающимся от верной барабашки. Несмотря на то, что барабашке платилось жалование как домработнице, она отчего-то исполняла обязанности Сережиной няни и общего шеф-повара. Все остальные члены семьи ею игнорировалось, а наши попытки указать на возраст брата встречались продолжительным бурчанием и обидами. Сегодня барабашка прыгала рядом с Сережей, держа в лапе огромный бутерброд с вяленым мясом, помидорами и сыром.

Оба одарили меня невнимательным взглядом и тотчас вернулись каждый к своему занятию: Сережа расправлял воротник рубашки, а барабашка пыталась подложить ему в карман сухой паек.

– Плохо выглядишь, – заметил брат, пропуская меня в квартиру.

– Зато ты замечательно, – откликнулась из кухни я.

Кофе был сварен незадолго до моего прихода.