Точка зрения. Дело № 36/4. Хрупкие кости

Стоило двери за ней закрыться, как Мэри услышала в эмоциях Томаса сожаление. Кажется, он и сам не понимал, что ему нужно в тот момент.Разговор не клеился, никто не хотел думать о деле ткачей. Да и не могли они.Мэри и не знала, что стало с теми папками, которые принес Джек. Остались ли они лежать на столе Томаса, или он забрал их с собой?Джек ушел вслед за Марлой, и Мэри не решилась попросить его проводить ее до дома. Пока он был тьмой без единой искорки эмоций, она чувствовала рядом с ним тревогу.Она нашла себя в том, что «видит» людей даром рисующей.

Но сейчас Джек был для нее невидим.Будто его и не было.Мэри оставила Томаса в совершенно растрепанных чувствах, но, к сожалению, ничем не могла помочь другу-шакалу.Наоборот, она слышала, что он хочет остаться один. Она понимала его.Ни о каком деле речи не пойдет, пока они не вернут Киру.Если бы еще знать, как это сделать...А ведь она, Мэри, может помочь! Она может нарисовать Киру.Думать о подруге и применить свой дар.Почему это не пришло ей в голову раньше? Она могла сделать это еще вчера!Время. Время идет. И сейчас, когда Мэри осознала всю степень своей глупости, оно больше не кажется вязкой субстанцией, обволакивающей все вокруг.Нет.Теперь оно летит с бешеной скоростью, и Мэри кожей чувствует: что-то происходит. Прямо сейчас.И она не в силах это предотвратить.Она опоздала.Хлопок двери заставляет ее сердце заколотиться от ужаса. Задумавшись, она не почувствовала чьего-то приближения!Раскрыв свои слепые глаза, Мэри пятится от окна, пытаясь нащупать руками хоть что-то похожее на оружие. Дыхание. Она слышит дыхание!Что с ней? Почему она ничего не «видит»? Неужели дар решил покинуть ее именно сейчас, когда он так нужен?- Что с тобой? — слышит она тихий голос Джека.Облегчение накрывает ее штормовым шквалом, ноги подкашиваются, и Мэри, всхлипнув, опускается на пол.Руки Джека подхватывают ее, не дают упасть, и она носом утыкается ему в плечо, наконец, начиная чувствовать запахи.Пыли и влажной шерсти, будто Джек надел новый плащ, который еще не успел пропахнуть его одеколоном, вишневым табаком Киры и совершенно непередаваемым букетом ароматов полицейского участка. Она слегка ведет головой, задевает щекой его подбородок и понимает, что сегодня утром он пренебрег бритьем. В голову приходит совершенно нелепая и неуместная сейчас мысль: пока ее глаза не ослепли, она никогда не видела его с щетиной на лице.Ей становится стыдно.- Я тебя не слышала, — тихо говорит она. - И испугалась... немного.