Сделаю, что смогу 2

Я отталкивался ей, как шестом, и, хотя она вязла в грунте, дело пошло веселее. Сколько прошло времени не знаю, но до озера мы пока не добрались. Лодка часто утыкалась в траву, потому что света горящих палок было недостаточно, ночь и туман только усугубляли ситуацию. Я уже подумал, что надо было бежать днём, когда хоть что-то видно. Но дневной побег тоже имел свои недостатки.

Перед глазами стали появляться какие-то радужные круги. Неужели «сон-жига» пытается одурманить разум? Быстро пошарив в кармане, я выгреб последние крохи «встань-травы» и сыпанул их в рот.

Стало легче, даже показалось что стал лучше видеть. Но на самом деле это начинало светать. И тут, наконец впереди блеснула чистая вода. Протока расширилась и лодка, вырвавшись из узкого травяного коридора, поплыла по озеру.

Отложив «палку-толкалку», я взялся за вёсла. Скорость сразу возросла. Правда плохо было видно, куда плыть, и мне пришлось держаться недалеко от берега, высматривая, не откроется ли проход в реку.

Туман стал редеть, и видно стало лучше.

Кажется, нам удалось вырваться из болотного плена. Но как только я об этом подумал, вдалеке раздались шлепки босых ног.

И чего тебе не спится, нечисть ластоногая? Пришлось подналечь на вёсла, но было понятно, что нас догоняют. Туман почти разошёлся и на небе, алым цветом загорелась заря. Я вдруг почувствовал, как мои, до сих пор молчащие браслеты, стали нагреваться, а между пальцами заискрились разряды молний.

Ну вот сейчас мы и выясним, кто в доме хозяин.

Слабое течение подвело лодку к траве у берега и она, ткнувшись носом, остановилась.

Я приподнялся и взяв в руки посох стал ждать.

Шлепки раздавались всё ближе и ближе, толстуха бежала довольно быстро. Здесь края озера были уже не такие топкие, но, думаю она и по трясине смогла бы бежать, как носорог по саванне, ничуть не проваливаясь. И как только за ней кривая поспевает?

- Вот они, - заорала бабища, когда ведьмы выскочили на берег.

Увидев эту картину, я сначала заулыбался, а потом и просто засмеялся от души. «Бабуля два сумо» стояла тяжело дыша, а с её плеч сползала «одноглазка».

- Слышь, Старшая, загонишь сеструху-то. Кто тебе тогда дрова носить будет? – Меня разбирал смех.

- Верни маленьких сестёр и тогда может быть мы позволим тебе ещё пожить. И даже «жиги» дадим, чтобы хозяйка тебе не сразу сожрала. – Ведьма «сверлила» меня единственным глазом.

Я полез в карман брюк и вытащив зажатый кулак кинул им под ноги пригоршню белых, крупных зубов.

- Вот что осталось от вашей хозяйки.