Сделаю, что смогу 2

Мы вышли из палаты, я взглянул на Андрея.

- Коньяк остался. - Тут же сообразил хирург.

- Вы как, Пётр Дмитриевич?

- По пять капель можно.

Но я пить не стал, мне Веронику встречать. И хотя избавиться от алкоголя было не сложно, я принципиально не стал «употреблять», чем порадовал и Дмитрича и Андрея. Дмитрича, потому что алкоголь – зло, и отработав много лет в милиции-полиции он знал это наверняка, а Андрея, потому что не выпитый мной коньяк пойдёт в фонд сотрудников госпиталя.

Высадив подполковника у работы (во даёт мужик, «пашет» без выходных), я решил заехать домой и забрать подарок для Ники.

С трудом найдя свободное место для парковки, я неторопливо направился к подъезду.

Во дворе было полно гуляющих мамочек с колясками, дети всех возрастов занимали и детскую площадку, и всё прилегающее пространство. На скамейках сидели старушки, обсуждая новости и соседей. Мужчины небольшими компаниями вели свои важные разговоры.

Такого обилия людей, во дворе дома, я давно не видел. Раньше все как-то быстро проходили к своим подъездам и пропадали за железными дверями. Неужели мои разборки с оборотнем так повлияли на обстановку в доме? Значит не зря я всё это делаю. Проходя по тротуару, мне всё время приходилось отвечать на приветствия, и это тоже меня радовало.

Уже на подходе к подъезду, у меня вдруг резко нагрелись браслеты. Это ещё что такое? Я чуть замедлил движение и сосредоточился.

Мимо на электроскейте промчался мальчишка лет двенадцати-тринадцати, и даже не глядя в мою сторону, он что-то кинул через плечо.

Время вдруг резко замедлилось, как это уже случалось, и мне удалось, хоть и с трудом, увернуться от камня, который летел прямо в голову. Сзади раздалось – шмяк, булыжник ударился в стену дома, а пацан, дважды заложив крутой вираж, скрылся между гуляющими людьми. Единственное, что удалось мне рассмотреть – это тёмный шлейф, тянувшийся за ним.

Рядом загомонили бабули, сидевшие у подъезда.

- Это что же такое, а если бы в голову попал? Это чей же паршивец? Из какого подъезда?

Я повернулся к женщинам. - Ни чего страшного, он промахнулся. А вы не знаете чей это сынок?

Но никто не знал чей это отпрыск так развлекается. А мне на ум пришли слова Ирины – «будьте осторожны». Внутри у меня начал разгораться огонь. Ах вы… Хотите по «гамбургскому счёту»? Хорошо, я тоже себя ни в чём стеснять не стану.