Сделаю, что смогу 2

- Товарищ подполковник, но ведь этот Виталик садист! И не прибил я его только потому, что не хочу быть похожим на него!

- Ты всё правильно сделал. Нельзя нам уподобляться этим скотам, хотя бывают моменты, что сдержаться очень трудно.

Мы, замолчали, думая каждый о своём. Вспомнив о сообщнице упыря, я спросил, - А что с его подругой? Тоже отпустят?

- Она пока даёт показания, но если сынка отмажут, то и она скорее всего только как свидетельница пойдёт. – немного подумав, он продолжил, - мы ведь Виталика этого не первый раз задерживаем.

Лет пять назад его пытались привлечь за жестокое обращение с животными. Он на детской площадке издевался над собачонкой, которую потом и прибил. Причём делал он это на глазах у детишек. Мерзавец! Тогда он и дня в камере не просидел, приехал адвокат, привёз бумагу, что он больной на голову и забрал этого «папиного сыночка».

- Так-так-так, - я почесал голову, - и часто у вас такое происходит?

Пётр Дмитриевич прищурившись посмотрел на меня, - Бывает, а что?

- Если бы вся эта история была мне известна вчера, боюсь после открытия холодильника, я мог и не сдержался.

- Так ты заглядывал туда?

- На секунду, потом долго в себя прийти не мог. Полбутылки коньяка из горлышка выпил.

Подполковник заёрзал на стуле, - Значит нервы у тебя крепкие, а мне с возрастом всё труднее себя в руках держать. Поэтому и дела сдаю, боюсь не стерплю и прибью какого-нибудь негодяя. А с моим здоровьем проще застрелиться, чем сидеть.

- Так что с вашим осколком, давайте посмотрю.

- А что ты можешь?

- Дайте посмотрю, а потом уже решать будем, что с ним делать.

- Ну смотри, только ничего не делай. Скажешь, что и как, а я уже сам решать буду.

Я взял один из стульев и развернул его сиденьем к себе, - Китель снимите и садитесь по-кавалерийски, спиной ко мне.

Пётр Дмитриевич уселся на стул.

Посмотрев на его спину мне стали видны все его раны. Пуля прошла под левой ключицей, ножом ударили справа, наверное, в печень пытались попасть, но не попали, а осколок был небольшой, формой он напоминал краба и его «клешни» нехорошо загибались возле нервного отростка одного из позвонков в районе поясницы.

- Что это было? Граната, снаряд?

Офицер повёл плечами, - Миномётная мина.

- Ясно. Так, сидите спокойно, всё будет хорошо.

- Ты чего? Чего делать хочешь?

- Спокойно, сидите спокойно, товарищ подполковник, - говорил я тихо и уверенно, - всё будет хорошо.

Плечи его опустились, и он замолчал.